Вытянув руку, взял её левую ладонь в свою правую. Направил силу в конечность, точно так же, как проделывал это с полицейским.

Вот и ощущение контакта появилось. Сложно объяснить — как сцепка с кем-то ещё. Если проводить совсем далёкие параллели, похоже на ситуацию, когда прислоняешься к рабочей технике и чувствуешь её вибрации. Только в данном случае ещё ощущаешь настроение и можешь направлять энергию вглубь чужого тела.

Если уж на то пошло — не только тела. Сейчас я был способен запросто работать с разумом лисицы. Сама печать ставилась на руке. Но то были просто ворота. За условные нормы присяги отвечал разум.

Раньше я это понимал скорее на уровне каких-то инстинктов и рефлексов. Сейчас — после того, как совсем недавно принял присягу у Шувалова, осознавал полностью. И одно за другим выставлял условия, с которыми последовательно соглашалась Алиса. Начиная преданностью мне и невозможностью нанести любой вред, а закончив необходимостью спасать собственную жизнь, если окажемся в бою и спасти меня всё равно не будет никакой возможности.

Этот пункт был последним — я увидел, как изумлённо расширились глаза стоящей на коленях лисицы. В следующую секунду меня обдало мощной волной энергии, от которой по коже пошла дрожь и зашевелились волосы. А плюсом к ним и всё остальное. Концентрированная сексуальная мощь, пронизавшая моё тело.

— Ты что себе позволяешь? Это как понимать?

Как оказалось, волну почувствовал не только я. Влада, которая озвучила вопрос, тоже её прекрасно ощутила.

— Не сдержалась. Наш хозяин такой хороший… Не могу сдержать свои шаловливые мыслишки. Не злись шаманочка. Лучше делись…

Брюнетка зыркнула на неё так, что кицунэ предпочла укрыться за спиной Степана. Ко мне же шагнула Тома. Которую, неожиданно для всех опередил Гена.

— Хочу быть вторым в этой игре против всех систем, — уверенно заявил поэт, протягивая руку.

Несмотря на все мои опасения, с ним всё прошло максимально просто и штатно. Как и со всеми остальными — я принимал присягу одну за другой, быстро наращивая число участников своей свиты.

Наконец осталась одна Кристина. Усевшаяся на диване и мрачно наблюдающая за происходящим. Проводив взглядом Клима, что отошёл в сторону, шаманка в очередной раз за сегодня вздохнула. Покосилась на свою сестру. И медленно поднялась на ноги.

Подойдя, посмотрела мне в глаза. Ещё чуть подождала.

— Ты так медлишь, как будто собираешься продать что-то важное. Речь всего лишь о твоей свободе, мурр. Абсолютно бесполезная вещь. Полностью.

Что занятно — на подколку кошки девушка никак не отреагировала. Лишь тихо хмыкнула, после чего вытянула свою руку.