— Баронесса, вы в порядке? — постучал я в дверь номера Свении.

— Айлексис? — открыла та мне. — Что-то случилось?

Хм, девушка не пьяная, но волосы мокрые, от нее чуть слышен запах вина. В ауре есть следы недавнего опьянения, но сейчас ее мучает головная боль.

— Исцеление не помогает, — догадливо констатировал я. — Помочь? — попытался дотронуться пальцами до ее висков, но баронесса отшатнулась.

— Граф, не стоит, иначе это плохо закончится, — покачала головой.

— У меня в номере, под одеялом, полураздетая, спит твоя подруга, — сказал баронессе, а потом объяснил: — Она мне мечом угрожала, даже ранение нанесла. Кстати, ты залечить не поможешь? — попытался войти в номер, но Свения с места не сдвинулась.

— У тебя нет сильных повреждений, не обманывай, а если поцарапался, то не пытайся строить из себя маленького мальчика.

— Что насчет поведения графини Вилар?

— Довели девочку до белого каления, а теперь спрашиваете? Насколько поняла, Журбер ее огорошил, а ты не поддержал и, вообще, с тобой она потом еще разберется и все выскажет. Нет, все понимаю, но примерно зная, что ждет несчастную при дворе горцев, ты ее туда отправил. Сам подставился, а обещание защитить не выполнил, — немного сбивчиво объяснила баронесса. — Думаю, будет тяжело вернуть ее расположение.

— С больной головы на здоровую не перекладывай, — поморщился я. — Повторись все сначала, поступил бы также. Ладно, твоя позиция понятна, позже поговорим, — махнул рукой в сторону, появившейся в коридоре Сарики: — Подожди, поговорить хочу.

— Спустись с ней в зал трактира, канцлер слишком ревнив, — шепнула баронесса, подумала, потупилась и буркнула: — Потом, если захочешь, приходи, посмотрю твою рану. Кстати, почему ее сам не залечишь? — она посмотрела на меня, а потом покачала головой: — Так это предлог или желаешь у Иштании с его помощью добиться прощения?

— Ни о чем таком не думал, — покачал головой и добавил: — В общем-то, идея неплоха, пожалуй, возьму ее на вооружение.

Развернулся и направился к дожидающейся меня служанке Ишты. Девушка заметно нервничает, в ее ауре испуг, но при этом она в себе уверена.

— Чего-то боишься? — как бы невзначай поинтересовался я, когда уселись за столик и сделали заказ.

— Волнуюсь, — не стала та отказываться.

— Из-за того, как себя канцлер ведет?

— Северус хороший, мы с ним пара, — невозмутимо ответила девушка.

— Тогда что? — не понял я Сарику.

— Госпожа в растрепанных чувствах, она никак не поймет, что с ней, — служанка графини усмехнулась, словно старше Ишты на десяток лет.

— А ты знаешь, что с графиней?