Ответа не нашёл тогда и, похоже, не найду сейчас. Лампа рядом уже засветился, как бы это ни звучало. Мы въезжали в город.

Енисейск… Вроде так он называется. Я посмотрел через окно машины. Первое, что бросились в глаза, — высокие дома из красного кирпича. Широкие окна, обрамлённые белыми наличниками, устремлялись в небо.

Пацан открыл форточку. Воздух здесь оказался тяжёлым, наполненным смесью угольной копоти и чего-то металлического. Пахло, как в кузне, но с примесью чего-то сладковатого, словно карамель. Машина покатилась мимо домов, а я невольно зацепил взглядом вывеску на одном из них. «Кондитерская»… Вот откуда этот запах!

Город был полон движения. Люди шли вдоль тротуаров, одетые в длинные летние пальто и шляпы. Кто-то спешил с сумками в руках.

Женщины в пышных юбках и с зонтами. Мимо пронёсся конный экипаж, лошади ритмично стучали копытами по брусчатке. Кучер в чёрном цилиндре сурово смотрел вперёд, игнорируя шум и толпу вокруг.

Кто-то крикнул за углом — вопль слился с шумом, но я уловил: «Торопись! Поезд скоро!» Через приоткрытое окно машины доносился гул рынков: где-то вдали торговцы громко предлагали свои товары, выкрикивая цены. Пахло выпечкой, мясом, даже проскальзывал аромат свежих фруктов.

Мимо нас пролетел велосипедист. Он звонил в маленький медный колокольчик, чтобы освободить себе путь. Скрип старых экипажей перемешивался с гулом моторов машин, проносящихся рядом с нами. Современного транспорта не так много, как в моей прошлой жизни.

Мы проехали мимо старинного особняка с высокими коваными воротами и массивными дверями. На секунду я уловил в воздухе запах хвойных деревьев, которые украшали его двор.

— Ну что, как тебе? — спросил Лампу, который прилип к стеклу

— Невероятно! — прошептал он, не отрывая взгляда от уличной суеты. — Оказывается, мир такой большой…

— Ты даже не представляешь, насколько, — усмехнулся я.

Через пять минут машина остановилась на широкой площади, на которой кипела жизнь. Я вышел из салона и сразу осмотрелся.

— Похоже, сегодня какой-то праздник? — пробормотал, оглядывая толпу.

Люди, одетые в свои лучшие наряды, прогуливались. Достаточно громко обсуждали что-то. А возле одного из зданий кто-то играл на гармошке. Музыканта окружили ребятишки, хлопающие в ладоши.

— Скорее выходной, — послышался голос Лампы. Он уже выбрался из машины и стоял рядом. Пацан оглядывался с тем же восхищением, что и раньше. — Папенька мне рассказывал о городе. А теперь я увидел его сам.

— Так… Ещё одна проверка, — посмотрел на него с прищуром, изображая строгость. — Ты ведь меня обманул, а я поселил тебя в доме деда. Пора исправляться.