Понятно, он явно намекал на помощь Кактуса. Возможно, в его понимании это как раз было самое очевидное.

— Нет. Мне никто не помогал, — холодно ответил я. — Я ударил в то место, которое не трогал до этого. Только и всего.

— То есть, ты хочешь сказать, что твои удары имели закономерность? Просто со стороны… — он опять заулыбался, что мне очень не понравилось. — Показалось, словно это была подсказка.

Я, опять же, помотал головой. Но Виктор продолжил, только уже в другом русле. Поговорить он хотел о другом. Не о моём поединке или особенностях, а о взаимоотношениях в группе наёмников. В нашей группе.

Всё дело было в том, что блондин… тот самый официант, который чуть не получил у меня по голове на тренировке, весьма нелестно отзывается обо мне. И делает он это не в открытую, при всех, а на ушко, как раз таки Виктору. Скорее всего, говорил и с остальными, но тут уже сам мужчина не узнавал подробностей.

— У вас с ним есть нерешённый конфликт? — закончил он «донос» вопросом. — Помнится, он высказался против того, чтобы ты вступал в наши ряды. Не подскажешь, в чём причина такого поведения в целом⁈ С твоей стороны, разумеется.

— Личный конфликт ещё с тех времён, когда я был человеком и ничего не знал о симбионтах и дворянстве. Он требовал к себе внимание, лез ко всем, будучи мутантом, а я его поставил на место словами. Его эгоизм не смог этого вынести. И в результате мы теперь знаем, что этот парень очень злопамятный.

— Странно, — Виктор больше не улыбался и сосредоточенно посмотрел на меня. — Он мне сказал иное.

Я сощурился, но никакого сияния над головой наёмника не появилось. Но стоило ему продолжить, как она вновь загорелась. Полезная способность, однако. Вот только к ней ещё надо приноровиться.

— Он говорил, что ты проблемный и непостоянный. Что-то по типу, ты вечно лезешь не в своё дело, подставляя других людей под удар.

Это он говорит от себя или привирает его слова? Особой веры Виктору у меня не было, да и знал я этих наёмников слишком мало, чтобы говорить о них что-то наверняка.

Понимая, что моя способность имеет свои границы, а уж тем более, не настолько надёжная и точечная, как хотелось бы, я не стал сомневаться в его словах. Точнее, не то, чтобы поверил… но…

Виктор, очевидно, не совсем честный человек, если так вообще можно говорить об одном из носителей симбионта. Только вот я ему не враг и ничего плохого не сделал, так почему же он решился на подобный «донос» сугубо между нами? Если я всё правильно понимаю, они с Викторией, типа… близки. Или всё же нет?

Чёрт. Как всё запутанно.