Глава 16
Моему утреннему пробуждению можно было бы даже, наверное, позавидовать. Проснулся на час раньше положенного из-за пронзительного скрежета где-то в стороне коридора. Впопыхах вскакивая с матраса, разложенного на полу кухни, я, опережая сонную Лену, застыл в коридоре. Глядя на то, как моя новая дверь превращается в консервную банку, которую вскрывают снаружи.
Когда в небольшую дыру просунулась клыкастая, чёрная морда, глаза которой были слишком кровожадными, я не удержался и расхохотался. Но это была лишь первая реакция… затем пришло осознание.
Мне опять придётся заказывать новую дверь. Да сколько уже можно⁈
Кактус, который ввалился в дверной проём, как только я открыл дверь, был самим эталоном спокойствия. Как будто только что ничего не произошло и он вообще не при делах.
Кот спокойно тёрся о мои ноги и, не говоря ни слова, пошёл в сторону кухни, деловито размахивая хвостом, к которому прицепились колючки.
Скорее всего… я не чувствовал вины на себе за то, что вовремя не спохватился его забрать с дачи покойного. К тому же если бы я это сделал, было бы очень много вопросов со стороны общества инквизиторов. И… на моё благо, кот это понимал.
Точнее, воспринимал это как должное, с лёгкой изюминкой недовольства. Поэтому, когда он начал скрести когтями по холодильнику, я пулей забежал на кухню и достал оттуда большую банку говяжьей тушёнки. Опасаясь, что сейчас и холодильник придётся менять. Я пока зарабатываю не так много, чтобы не переживать по этому поводу.
— Знаешь, Ярослав… — Кактус раскусил банку напополам, отчего содержимое вылилось на пол, но подобное его не смущало. — Есть такая присказка, мол, друг в беде не бросит. Слышал о таком?
— Ну… — протянул я, включая чайник.
— И лишнего не спросит. Да?
Я от души улыбнулся. Его недовольство тем, что я его оставил, было каким-то… детским, что ли. Он вроде бы и не обижался, и вроде бы хотел какую-то награду за своё спокойствие.
— Вот что значит настоящий, верный друг… — промурлыкал кот, впиваясь зубами в кусок тушёного мяса. Ему хватило двух укусов, чтобы от и без того, скудного содержимого банки ничего не осталось. — Я, как мудрый человек, понимаю, почему ты не удосужился забрать меня. Всё-таки общество там… это лишние подозрения.
В ответ я лишь улыбался и молчал, ожидая, что он придумает.
— Но ты ведь мог и вернуться за мной. На такси, например, тем более, что люди ушли оттуда почти сразу, как погрузили тела в гробовозку.
— Какую ещё гробовозку? — удивился я, поворачиваясь к дверному проёму.
Елена, вышедшая из ванной, кажется, взбодрилась. Но в разговор не лезла. Улыбалась, слушая нас, облокотившись плечом на дверной косяк.