— Похоже, Риттершанц высоко тебя оценил. Родственные связи — неплохой способ превратить нынешнего противника в будущего союзника. Или хотя бы в нейтрала.

— Возможно. Хотя вряд ли. Мне больше верится в сильное желание императора сохранить рудники за своей семьей. Предложение заключить брак, в данном случае, — идеальный вариант. Откажусь, и буду вынужден вернуть им права на землю. Соглашусь — дам отличный повод засылать шпионов и саботажников под видом родственной поддержки. Эта Лидия ведь наверняка приедет с целой толпой обслуги, которую я не смогу просто взять и уволить.

— Мне кажется, ты не прав, Абель, — встряла в разговор мужчин Зиона. — Шпионов у Риттершанцев хватает и без Ла Лидии, имеющей пусть крайне малый, но отнюдь не иллюзорный шанс занять когда-нибудь императорский престол. Скорее всего, они действительно хотят чего-то добиться этой свадьбой.

— А чего? — подала голос Мелли, заинтригованная неожиданным поворотом разговора.

— Могу сделать еще одно предположение, раз первое вам не понравилось, — вновь подал голос Ингви. — Наследование через брак. Союз с Ла Лидией не позволит Абелю взять вторую жену. При равном статусе супругов не поможет даже письменное разрешение — их семья будет считаться идеальной и завершенной. Первый ребенок должен будет принять фамилию матери и войти в ее род. По крайней мере, если до того момента Давид и Тамара не обзаведутся хотя бы тремя наследниками — закон о сохранении правящей линии крови еще ведь никто не отменял. И если Лидия не станет рожать второй раз, то после смерти Абеля земли отойдут обратно Риттершанцам.

— Это если она или ребенок переживут меня, — мрачно произнес Гнец.

— Планируешь избавиться? — равнодушно поинтересовался Ингви.

Мелисанда охнула.

— Нет. Дополняю описанную вами картину. — Абель откинулся на спинку стула. — У меня впереди добрая сотня лет жизни в браке. Что может помешать обзавестись за такой срок двумя детьми?

— Отсутствие любви между супругами? — с невинным выражением лица предположила Зиона.

Абель скривился.

— Зи, как тебе не стыдно, — возмутилась Мелисанда. — Ему и так несладко.

— Я всего лишь хотела сказать, что людям присуще откладывать исполнение неприятных обязанностей на более поздний срок, — невозмутимо пояснила Зиона. — Сначала они думают, что у них в запасе целый век. Потом надеются успеть за девяносто лет, восемьдесят. И в конце концов обнаруживают, что безнадежно опоздали.

— Обязательно приму к сведению. — Судя по выражению лица, свалившееся на него откровение Абель не оценил. — Однако мне хотелось обсудить вовсе не количество моих будущих детей.