— Потому что я знаю тебя, тетя. Знаю лучше любого другого. Потому и спрашиваю «зачем», а не «как». Слишком вовремя тебе стало плохо, когда ты просила Абеля оставить меня в поместье, и слишком быстро полегчало, когда выяснилось, что я все равно улетаю. К тому же такая явная опека совсем не в твоем стиле.

— Ты считаешь меня виноватой только на основании подобных подозрений? — Белинда отложила книгу в сторону. — Я уже не имею права доверять женской интуиции или беспокоиться о любимом родственнике?

— У меня есть кое-что кроме подозрений. Вот. — Сэм достал из кармана крупную деревянную щепку. — На ней есть следы крови. Я участвовал в разборе останков «Рассекающей небеса» и нашел отнюдь не один подобный обломок. А еще я находился на корабле в момент крушения и могу точно сказать, что никто из пострадавших не подходил и близко к тому месту, где находились меченые кровью деревяшки. Эта кровь не принадлежит кому-то из раненых или убитых. Мне пойти к Абелю и попросить его создать чары поиска? Кажется, он достаточно разбирается в магии крови, чтобы найти хозяина даже по давно засохшим каплям.

Белинда молчала.

— Я знаю тебя с самого детства, тетя, — продолжал Фосс. — И мне, в отличие от Абеля, прекрасно известно, что книги по магии крови ты не только коллекционировала. Тебе не приходило в голову, что в наше время, когда подобная магия никем не используется, кровавые следы изрядно демаскируют.

— Приходило. — Белинда выглядела совершенно спокойной, разве что чуть бледнее обычного. — Но сформированная магией крови связь — единственный способ подпитывать чары энергией на расстоянии.

— Ты настолько сильно ненавидишь ее? — устало вздохнул Сэм. — Готова отправить на встречу с Совершенством десятки человек, многие из которых тебе хорошо знакомы, лишь бы убить Ла Лидию.

— Не преувеличивай, — холодно произнесла женщина. — Мне наплевать на отродье Риттершанцев, выскочившее замуж за Гнеца. Сдохнет — хорошо, нет — я не собираюсь за ней гоняться со смертоносными заклинаниями. Совсем другое дело — ее братец Давид. И его дружок Бертран. — Ее голос набрал силу. — Ублюдок набрался наглости предлагать мне участвовать в убийстве в обмен на снятие проклятья! Он даже снизошел до личной встречи, желая полюбоваться на результаты своих трудов пятнадцатилетней давности!

— И ты согласилась, — Сэм не спрашивал.

— Согласилась, — кивнула Белинда успокаиваясь. — Знаешь ли ты, мой мальчик, каково это годами существовать в страхе за свою жизнь? Цепляться за бытие дрожащими пальцами и осознавать, что не встретилась с Совершенством только благодаря усилиям целителей и милости твоего отца Вильяма?