Совещание в Госдепартаменте происходило намного спокойнее и в целом подтверждало знаменитое изречение Талейрана о языке дипломата[1]. Карьерные дипломаты и офисные работники округлыми, словно позаимствованными из книг прошлого века, оборотами речи много и долго говорили о сложившейся ситуации. Ставились и тут же опровергались гипотезы, выдвигались идеи и планы, текли и текли слова. Но сам Эдмунд Маски понимал, что ничего реального ему предложено не было. За исключением одного единственного непреложного тезиса о непризнании возможной аннексии Ираком Кувейта. Но это было понятно Эдмунду без всякого совещания. Он уже подумывал, что пора закрывать эту говорильню, когда слово попросила Эйприл Глэспи, эксперт по Ближнему Востоку. И без всяких дипломатических уверток внесла несколько предложений, показавшихся Маски вполне приемлемыми. Поэтому он быстро приказал организовать специальную кризисную группу, во главе с бывшим послом в Ираке в начале семидесятых Энохом Дунканом, которая должна была проработать детали предложенных Глэспи мер. И закрыл совещание, отправившись на заседание Совета Безопасности с легким сердцем и подготовленными предложениями.

Заседание Совета происходило, как всегда, в кабинете на втором этаже Белого Дома. Президент Шравйер, первым заняв место с торца стола, сидел с благожелательной улыбкой на лице. Несмотря на рассеянный внешний вид, он успевал внимательно рассмотреть каждого входящего в кабинет. И оценить его настроение тоже. Директор АНБ и начальник Национального Разведывательного Управления Колби был хмур и сосредоточен. Явно ожидая неприятных для себя и своих подчиненных последствий. Министр обороны Гарольд Браун выглядел похоже, хотя ему вроде бы ничего не грозило. Председатель Объединенного Комитета Начальников Штабов генерал Дэвид Джонс выглядел спокойным и явно чем-то довольным. Из чего Роберт сделал вывод, что военные уже что-то придумали. Как и выглядевший как-то чрезвычайно спокойно для обстоятельств, которые вынудили собрать Совбез, госсекретарь Маски. Вице-президент Эдвард Кеннеди на Совете отсутствовал, так как на днях отправился с визитами в страны Центральной Америки. Так что едва вошедший последним госсекретарь занял свое место, президент открыл заседание…

Примечания:

[1] Язык дан дипломату, чтобы скрывать свои мысли (Ш. М. Талейран-Перигор)

За кулисами

За кулисами

За кулисами

Как хорошо быть кардиналом,

Лучше работы я вам, синьоры, не назову

Буду я серым кардиналом,

Стану я серым кардиналом

Если Жозефа, «отца» Жозефа

Переживу!

Епископ Мазарини.