—Не для протокола , — поднялся Том. —Очень рад был с вами встретиться. И надеюсь, что наши договоренности помогут сделать мир лучше…
Ни Мельников, ни Гриднев на это пафосное высказывание не ответили. Заверив Тома, что тоже чрезвычайно рады были встрече, они попрощались. Через несколько минут только слабеющий по мере удаления рыбацкой лодки шум мотора, да запах жарящейся рыбы из камбуза напоминали о произошедшей встрече…
Отдохнув до вечера на яхте, Томпсон с Джо-Джимом вернулись в Лимасол. Арендованная яхта возвратилась в цепкие лапки хозяина, а Джо-Джим испарились в городе. Томпсон же вернулся в гостиницу, в которой его ждали два телохранителя. Переночевал на Кипре, а утром, первым самолетом прилетел в Афины. Где прямо с одного рейса пересел на другой, прямой до Вашингтона. Комфортабельный Боинг 747SP компании «Эолийские авиалинии», способный пролететь почти вдвое большее расстояние, чем расстояние от столицы Греции до столицы США, неторопливо разбежался по взлетно-посадочной полосе и взмыл в воздух. Том, получив от мило улыбающейся стюардессы стакан «Олд фэшн» и плед, неторопливо выцедил крепкий коктейль. После чего накрылся пледом и спокойно уснул. Впереди его ждали новые разговоры, еще более длительные и выматывающие, чем легкий треп на яхте посреди Средиземноморья…
Самолет летел, Томпсон спал. А в мире между тем все сильнее ощущалось дыхание новой войны в самом опасном районе мира, на Ближнем Востоке.
Пока Боинг с Томом на борту мчался над морем с востока на запад, с запада на восток летели эскадрильи самолетов и плыли эскадры кораблей. Тяжелые транспортные американские «Гэлэкси» и «Стратолифтеры», английские «Британии» и французские «Сахара Турбо» везли парашютистов и пехотинцев, легкую технику и тонны самых разнообразных срочных грузов. Еще больше грузов везли нагруженные под завязку транспорты. Плыли на войну танки и самоходки, орудия и ракетные установки, солдаты и служащие сразу нескольких государств…
В столице вечно нейтральной Швейцарии с перерывами на сон и прием пищи заседали делегаты стран, входящих в Совет Безопасности Организации Объединенных Наций. Разговоры сменялись уговорами, а негласный торг — гласными спорами…
В это время на границе Саудовской Аравии, бывшего Кувейта и Ирака поспешно окапывались передовые части американских., английских, французских, саудовских войск с одной стороны и иракские пехотинцы с артиллеристами с другой. В Ираке была объявлена всеобщая мобилизация и во всех учебных лагерях взмыленные офицеры поспешно муштровали призванных резервистов. Открывались склады на базах хранения и техника, на которую Саддам никогда не жалел денег, поспешно избавлялась от консервационной смазки и готовилась к эксплуатации. Плохо было только то, что почти все инструкторы, советские и западные, поспешно покидали страну. Поэтому, хотя численность войск и выросла с трехсот пятидесяти тысяч до семисот восьмидесяти тысяч, большую часть сухопутных войск составляли резервные пехотные дивизии с ограниченным количеством артиллерии и танков. Противовоздушная оборона войск и городов тоже не отличалась особой надежностью, имея всего 120 зенитных ракетных комплексов всех разновидностей, включая маловысотные. Авиацию увеличить иракцы не могли, так как немедленно после начала войны все страны прекратили поставки в Ирак боевой техники. Поэтому все возрастающей в численности западной воздушной армаде, насчитывающей уже около семисот пятидесяти самолетов, могли противостоять всего триста с небольшим иракских самолетов. Причем в это число входили и легкие учебно-боевые машины-штурмовики.