Несмотря на очевидный недостаток интеллекта, орало это чудовище вполне логичные, с его, чудовища, точки зрения, вещи. Например то, что колдуны заколдовали Адмирала, задурили ему голову, а теперь все сотни капитанов и их экипажи, что отправятся через несколько часов штурмовать Тихийские острова, останутся с носом!

— Почему это⁈ — по-детски наивный вопрос эльфа вызвал вой во всей таверне!

Потому что иначе никак! Не может быть такого, чтобы колдуны поделились чем-то своим, да за просто так! Ну и что, что прибывший маг принял кодекс⁈ Он не так, как надо принял! Не дал его честно развести на волшебную бабу, а что-то свое замутил, паскуда такая! Что это вообще такое⁈ Где это видано, чтобы здесь, у них, дома, маги баб воровали⁈ А потом, считай, дарили?!!

— Не бывает колдунов-первых помощников! — излила свое авторитетное мнение рожа в воздух, — Не бывает! Здесь что-то не то!

С этим были согласны очень многие в данном питейном заведении, но что делать — не понимали. Вроде бы не корову проигрывают, а стартовать будут все вместе, да и плыть недалеко, но вот как-то не хочется лохами быть. Да и колдун этот, опять же, подозрительный такой, собака. Адмирала точно заколдовал. Ну как иначе, тот же сам у руля встал! У колдуна! Сопливого! Сами увезли эту бабу. А что она, Адмиралу не нужна, скажите? Такому мужику и такая баба не нужна⁈ Да как так-то⁈

Обсуждение ширилось, ром лился рекой, а эльф, каким-то чудом остающийся невредимым на этом празднике разгоряченного алкоголем насилия, не только продолжал слушать, но и невозмутимо записывал некоторые вещи. Причем, что характерно, висящий в воздухе свиток, на котором Эфирнаэбаэль чертил свои письмена, великолепно демонстрировал, что эльф очевидно относится к «колдунам гребучим», но почему-то всем пиратам-магоненавистникам было на этот факт плевать с просто поразительной силой!

— Может, капитаны знают больше? — почти себе под нос пробормотал занятый делом эльф, — Так обычно и бывает…

Он сказал это очень тихо, в шуме и гаме бурлящих обсуждений, крепко заваренных перегаром от рома и табака, он не должен был быть услышан, но… далеко не все пираты участвовали в дискуссии и стремились друг друга перекричать. За спиной старого эльфа сидел (а быть может, даже восседал) смуглый остроносый мужчина с шикарными смоляными волосами, большой саблей и куда большими амбициями, прятавшимися прямо на дне его глубоко посаженных глаз. А еще, как вы уже, наверное, догадались, у него были большие уши.

И глубокий, пробирающий до костей голос.

— Капитаны… — пророкотал этим своим голосом медленно вздымающийся с места человек, — Мы можем спросить у кого-нибудь из Конклава Капитанов!