Сбрехала, конечно. Но не насчет трех верст. Да и рыдала-то, вы уже поняли, почему!
В общем, когда дверь в очередной раз запустила к нам карла, на этот раз обещанного, в каждом из нас уже сидело грамм по шестьсот крепкого и душистого алкоголя…
Глава 5 Дрязги и клевета
— Джо?
— Мм…?
— Откуда у нас две козы и козёл?
— Это сложный вопрос, Аранья. Возможно, я не знаю на него ответа.
— Мы можем простоприготовить их, Джо. И вопрос исчезнет. Или сохранить в подвале. В неживом виде.
— Постой! — издав звук свалившегося с кровати волшебника, я пополз то ли к гоблинше, то ли вслед за ускользающей мыслью, — Не надо… Там… казан рядом был? Рядом… с козами?
— Да, был, — заинтригованная беременная гоблинша кивнула, с сомнением глядя на мои эволюции, — И остался. Здоровый больно. К тому же, козёл в него навалил.
— Идеально… — выдохнул я, передумав ползти, — Не надо их резать. Я их вместе с казаном… эльфийке подарю.
— Ты… уверен? — с еще большим сомнением вопросила готовящаяся стать матерью зеленокожая.
— Такова была идея, — вымученно выдохнул я, переворачиваясь на спину, — Это были самые вредные козы и козёл во всем Самуахане. Городок это такой. Немалый.
Лежать было хорошо. Потолок тоже был красивый. Есть разные виды похмелья, но от сивухи, пусть даже и вполне приличной, оно, похмелье, особое. Гулкое, пустое и звонкое, с постоянно бродящей по кромке сознания головной болью и отчетливо ясной памятью по поводу того, что было вчера.
Вчера… вчера затащило моё подсознательное решение нахлестать в третью кружку водяры до краев. Делал я это с полной уверенностью, что оно нам надо — и оно оказалось надо, потому что взгромоздившийся за выделенный нам стол карл первый делом всадил эту полуторалитровую кружку до дна. Дальше? Дальше было все слегка в тумане, но при этом отчетливо и даже терпимо, несмотря на царящие вокруг запахи. Мы с бароном больше не налегали на выпивку, налегал Аграгим Соурбруд, официальный представитель клана гномов Соурбруд в Самуахане и, можно сказать, на Побережье Ленивых Баронов. Эта гора черно-пегой шерсти, притворяющаяся гуманоидом, пила шестидесятиградусный самогон как пивасик… зря она это делала, потому что, в конце концов, это всё оказались понты, которые вынудили гнома упасть под стол.
Но до конца концов было тогда довольно далеко.
Мы пришли к карлам с дарами в виде пробников консервов и самогона, но, по сути, прибыли к ним торговать воздухом ради воздуха. Всё, что мы реально могли продать — это метод стерилизации герметично запечатанных емкостей с пищевыми продуктами, кратно увеличивающий сроки хранения жратвы.