На этот раз Гоген сильно сомневался, что их «накроют» чем-нибудь безвредным! Не в свите демонова беглого князя!

В принципе, размышления Захребени, промелькнувшие со скоростью ужаленной осой в задницу маленькой собачки, были совершенно недалеки от истины. Они, три человека и некоторое количество эльфов, были совершенно чуждыми и незваными гостями на этом континенте, не имея никаких местных связей. С другой стороны, эльфийский отряд, да еще и так хорошо снаряженный, был крайне немалой силой, а значит — любой местный воротила счел бы нужным его если не уничтожить, то хоть подсократить так, чтобы дышалось полегче.

Это не Афанус, это совсем другой континент! Безбрежные леса, в которых живут сотни тысяч эльфов, когда-то давно пришедших из волшебного мира!

Если бы проклятый Нахаул лон Элебал прислушался именно к его, Гогена, советам! Но нет, «наши собратья», «советы человечки»…

В общем, у бывшего наемника, а нынче не пойми кого, было немного времени на переживания, пока он лежал, вжавшись в землю позади туши бывшего крестьянина и тонко скулящей бардессы, но он его использовал всё для оплакивания своей горемычной судьбы, приблизительно четыре с половиной секунды. А затем Нахаул лон Элебал, бывший эльфийский князь, показал, что стандартные тактики эльфийского засадостроения для могущественного мудреца — это как пук комара.

Пространство вздрыжнуло и затрепетало, тряся травой, кустами, деревьями, землей и разумными, которые принялись за неё судорожно цепляться. Стрелы и боевые заклятия перестали летать, потому что сложно стрелять из лука, когда планета под тобой делает джигу-дрыгу. Треск, сияние магических расколов, распространившихся по воздуху и вогнавших испуганных до икоты людей в полнейший шок… а затем на эту магию отвечают другой.

Со стороны нападающих.

Гоген видел много разного дерьма. Жизнь наемника на Орзенвальде сложна и не так чтобы доходна, так что приходится истоптать множество дорог и влезть в множество мелких неурядиц, рассчитывая найти кормное место… и вот в этом-то и загвоздка.Мелкие неурядицы . Когда заговорила настоящая боевая магия — перед ней оказались равны все. Наемники, бывшие крестьяне, молодая блондинистая певичка, даже эльфы, мастера меча и лука.

Все вокруг хрипело, выло, искажалось и трепетало. В воздух сама по себе поднималась трава и мелкие предметы, их периодически соединяло крохотными молниями, от которых возникал туман, моментально разрываемый в клочья порывами ветра. Не страх, но первобытный ужас невиданного сковывал сущность свидетелей буйства магии. Они, сжавшиеся на земле, вцепившиеся друг в друга, понимали всем своим существом — в любой момент может прийти смерть, убежать от неё не выйдет.