— Повезло. Считай — сэкономил, — вставил возница и громко заржал над своей же блистательной шуткой.

Экипаж тем временем как раз миновал гостиницу и покатил дальше по улице, скупо освещенной фонарями.

— Взгляни налево, — дернула Катерина Стаса за рукав, кивая в сторону двухэтажного серого здания с наполовину заложенными кирпичом окнами. — Это УСБ.

— Что?

— Управление Службы Безопасности, — расшифровала она непривычную слуху аббревиатуру. — Исторический, между прочим, объект. Здесь и до войны было… Как его?

— УВД, — подсказал возница. — Милиция то бишь. Здание, кстати, чудом уцелело. Мне дед мой еще рассказывал, что как только пиз… пардон, ебнуло, так милиционеры эти… — Извозчик задумался и замолчал на секунду. — Менты, да, ментами их звали. Они при волынах были все и решили, значит, власть-то в городе к рукам прибрать. Мэра тутошнего шлепнули, еще шушеру всякую по мелочи и, значит, порядки новые стали наводить жестко. Только что-то у них с этим делом не заладилось, не пошел народ новой власти навстречу. То ли перегнули они там с порядками своими, то ли патронов мало оказалось, но возмущение народное за края вышло и выплеснулось прямо им на дурные бошки. Организовали возмущенные муромчане делегацию к воинской части. Она вон там, — возница махнул рукой назад влево, — за воротами западными раньше стояла, по Владимирскому шоссе. Солдатики на приглашение откликнулись, заперли ментов в управе ихней, закидали гранатами и сожгли. Здание крепкое оказалось, выдержало, а вот менты — нет.

— А армейцы, стало быть, так и остались городом заправлять? — выдвинул гипотезу Стас.

— Ну, — пожал возница плечами, — вроде того. А что, плохо разве? Из Владимира вон обе части вывели, перебросили куда-то, да так и не видел их больше никто. И чего с Владимиром стало? Бардак. А наши армейцы решили на приказы посрать с горкой, и слава богу. Если б не они, так вообще неизвестно, как бы тут все обернулось.

— Прямо по курсу мэрия, — прервала Катерина изложение извозчицких воззрений на организацию действующей административно-политической структуры. — А справа от нее рыночная площадь.

— Ага, — подтвердил возница. — Тут отец города наш заседает.

— Грицук? — блеснул познаниями Стас.

— Он. Голова мужик. Столько всего для Мурома сделал.

— Например?

— Ну, стену достроил… почти. Монастырских наших объединил наконец-то.

— А что за монастырские? — заинтересовался Стас.

— Есть тут монастырь мужской, — подключилась к экскурсионной программе Катерина в тот момент, когда экипаж свернул вправо, — имени Святого Ильи Муромца. Его отсюда не видно, он сейчас как раз позади остался.