— Ну, не знаю. Может, и есть в нем резон. А ты вот лучше скажи, гранатами в магазине вашем разжиться можно?

— У-у! Зачем тебе гранаты-то? На войну, что ли, собрался? Не знаю я, на витрине не видал. Пойди завтра да спроси у Катьки. Может, и есть у нее.

— У Катьки?..

— Ну да. Хозяйка тамошняя.

— Баба держит оружейный магазин⁈ — удивился Стас.

— Э-э, то не просто баба, — назидательно поднял дед указательный палец. — Такая девка — ух! Атаман! А красавица какая… Эх, скинуть бы с плеч годков двадцать, я бы тогда приударил за ней, ох и приударил бы!

— Да, отрекомендовал — будь здоров, — посмеялся Стас. — Тебе бы в лабаз зазывалой. Ладно, посмотрим завтра, что за атаман такой. — Он взглянул на часы: стрелки подбирались к двум. — Засиделись мы, однако, отец, пора и на боковую, а то продрыхну до обеда.

— Ты погодь дрыхнуть-то. Я тут еще одно дельце обсудить хотел.

— Что за дельце? — вяло поинтересовался Стас и протяжно зевнул. — Излагай.

Дед отодвинул от себя миску с обглоданными кроличьими костями и, опершись руками о стол, подался вперед с заговорщическим видом, будто собирался рассказать о чем-то архиважном.

— Ты тут по дороге, — начал он, зловеще прищурившись, — мутантами необычными интересовался.

— Ну? — Стас тоже решил пододвинуться ближе, заинтригованный многообещающим вступлением.

— Так я ж тебе не все рассказал-то вчерась. Баба та, из Красного, подвозил я которую намедни, много чего болтала еще. Поначалу-то я решил, что брехня, почудилось дуре с перепугу. Не может такого быть вроде. — Дед, отклонившись, побарабанил ладонями по столешнице, отстукивая бодрую мелодию какого-то военного марша, и красноречиво поднял кустистые брови. — А оно вона как. И ты про то же песню завел.

— Про что завел-то? — не выдержал Стас. — О чем баба говорила? Не тяни.

Дед снова подался вперед и вытаращил глаза.

— О мутантах о твоих! Будь они неладны. Говорила, будто видела она, как возле села ихнего, в лесу, твари какие-то ошивались. Да не просто так, а в компании с хлопцами, в камуфляж, вот, как у тебя, ряженными. С теми самыми, что расстрелы чинили. Будто бы даже разговаривали они друг с дружкой.

— А что за твари-то? Подробнее не рассмотрела баба твоя?

— Рассмотрела, рассмотрела, — закивал дед. — Страшные, говорит, издали-то вроде и на мужиков похожи, только дюже здоровенные, а как получше присмотрелась — чистые зверюги. Рожи, говорит, во! — Дед, растопырив пальцы вокруг своей головы, продемонстрировал примерный масштаб вражьих рож. — Туша что шкаф! Ходят как медведи дрессированные, с ноги на ногу переваливаются. Но не голяком, правда, одетые, и будто бы тоже в камуфляж.