— Может, меня простимулировать надо? — вслух задумалась Марья.

— Что такое? — сразу же насторожился Иван, потому что такие вопросы для напарницы были нехарактерны.

— Не могу ассоциации нащупать, — со вздохом призналась девочка. — Может…

— Нет, — покачал головой совершенно не желавший приносить боль Марье курсант. — Отдохнём немного. Приляг.

Уложив и немного успокоив девочку, Ваня задумался. Реципиенткой Марьи была девочка лет двенадцати, то есть довольно взрослая. Отсутствие ассоциаций, под которые могла подстроиться напарница, означало либо усталость Марьи, потому что боевики всегда с менталом неохотно работали, либо действительную ситуацию, при которой ассоциации, начиная от базовых, были совершенно иными.

— Пустишь? — для порядка поинтересовался Иван, решив проверить первую идею.

— Давай, — кивнула ему Марья, отлично поняв, о чём он подумал.

Ментальная связь штукой была не самой приятной, требовала много сил и дарила в награду головную боль. Но курсант не видел другого выхода, потому, послав запрос, вмиг оказался в святая святых — девочка его пропустила сразу же, не задумываясь, указав синим маркером на область памяти реципиентки.

Внимательно посмотрев на мешанину образов, понятий и связей, Иван понял, в чём дело. У его напарницы не было ни одного шанса, потому что реципиентка перед тем, как умереть, сошла с ума, полностью перемешав понятия, связи и всё остальное. Психов читать было можно, но бессмысленно. Именно поэтому ассоциаций не было, и это вовсе не значило, что их нет вообще. Новость была так себе, вот почему, выскользнув из мозга напарницы, в первую очередь Ваня решил объяснить ей, а потом уже заняться начавшей свою месть головой.

— Бессмысленно тебя стимулировать, — объяснил он. — Она с ума перед смертью сошла.

— Ой, какой нехорошее слово мне хочется сказа-а-ать, — протянула Марья.

За те самые слова, которые хотелось сказать, всегда наказывали болью, поэтому курсанты находили обходные пути. Но сейчас уже некому было наказывать, а ситуация действительно оказалась неприятной. Реципиент самого Ивана был убит вовсе не ударом по голове, нарушившим целостность памяти, а реципиентка Марьи просто сошла с ума, и в той мешанине образов ассоциативных связей найти было невозможно, что оставляло обоих совсем без информации о внешнем мире.

— Резюмирую, — вздохнул Ваня. — Информации нет, язык рабов «чёрных» мы изучали, поэтому на нём способны говорить. Язык самих «чёрных» есть в матрице, тоже разберёмся, чары перевода никто не отменял, даже местная странная магия.

— Кстати, да, — кивнула ему девочка, — непонятно как-то местная магия работает, да и мы отчего-то удивительно спокойны.