Самолёт взлетел довольно быстро, а Герхард рассматривал справочные материалы. Ничего особенного в них не было, кроме короткой справки об уничтожении группы щенков недочеловеков не так далеко от «заколдованного квадрата». Нужно было осмотреть место уничтожения, возможно, разгадка таилась именно там. В мистику майор фон Бок верил, потому предполагал, что уничтожение могло проводиться с нарушением инструкции, которую он сам когда-то и составлял. Точнее, он был одним из составителей. В расположенном неподалёку лагере крови умерщвление, скорее всего, производилось по инструкции, но проверить это было тоже необходимо.

Прямо с аэродрома гость из Берлина и сопровождавшие его лица отправились именно на означенное место. И вот увиденное там привело сотрудника Аненербе в ужас — мало того, что были попраны все инструкции, так ещё и, судя по всему, арийцы запятнали себя связью с неполноценными, а за это священный бог Ариев мог ещё и не так наказать, во что Герхард верил.

— Тела собрать и немедленно сжечь! — приказал он. — Всех участвовавших в уничтожении арестовать и передать в гестапо!

— Это невозможно, — ответил ему помощник коменданта, сопровождавший высоких гостей. — Грузовик, на котором передвигалась зондеркоманда, был раздавлен танком с сошедшим с ума офицером.

— Это им повезло… — поняв, что конкретные виновники ускользнули, майор фон Бок задумался, как задобрить сурового бога. — Хорошо, поехали осмотрим места проявления сумасшествия.

Это был последний раз, когда всю группу видели живыми и вместе. Спустя несколько дней поисковый отряд обнаружил барона фон Бока в состоянии помешательства. Он не узнавал никого, бросался на людей в форме СС и гестапо, вёл себя совершенно неподобающе, потому был отправлен обратно в Берлин в связанном виде, а вот среди частей СС поползли слухи один страшнее другого. И тут как раз кто-то обратил внимание на внешнее сходство арийца и недочеловека. Раньше бы за такое избили, но только не сейчас, поэтому партизаны внезапно почувствовали ослабление давления в этом регионе, а немцы теперь боялись очень многого…

* * *

Оценивая матрицу понятий, взятую у Виктора, Иван раздумывал. Принимать всё «как есть», он не спешил, однако что-то его беспокоило. Попытавшись разложить полученную информацию на элементы, курсант внезапно понял, что его беспокоит — им слишком везло до сих пор. Память Виктора говорила о «фрицах» как о серьёзных, опасных врагах, но пока этого Иван не увидел, что наводило на нехорошие мысли.

— Марья, — позвал он отдыхавшую напарницу, — я вот что подумал… А с чего нам так везёт?