— Ждите, дети, мы скоро вернёмся, — напутствовала она Ивана и его Марью на прощанье, а затем вышла из комнаты вслед за Ягой.

Подростки обнялись, настраиваясь на долгое ожидание, но царевна пригласила их за стол — почаёвничать, вовсе не желая оставлять детей наедине со своей тревогой.

* * *

— А что это за марево такое за окном? — поинтересовался Ваня, показав пальцем. — Как будто колышется что-то.

— Это казнь, — объяснила ему царевна. — Ты мал ещё, поэтому тебе такие сцены видеть не след, чтобы сны плохие потом не снились.

— А Василиса, став маленькой, всё равно всё помнить будет? — спросила Марья, но на это ей ответила совсем не Милалика.

— Мозг в пять лет не может вместить всё, что знает десятилетний, маленький ещё, — осторожно, очень простым языком объяснила ей доктор Варвара. — Поэтому большую часть памяти она потеряет, но кошмары я бы не исключала.

— Ага… — протянула девочка. — Значит, спит всё равно с нами.

— Мудрое решение, — кивнула царевна. — А вот и Яга возвращается. Готовы, дети?

Иван и Марья были, разумеется, готовы, сразу же вскочив со своих мест, чтобы встретить маму и маленькую, как оба надеялись, сестрёнку. Милалика лишь с улыбкой смотрела на обоих, резко рванувшихся к вошедшей в гостиную Милораде. На руках мамы сидела пятилетняя на вид Василиса, улыбаясь всему миру так ярко-ярко, как только и умеют дети.

— Вот и старшие твои, — мягко произнесла Милорада, обращаясь к младшей.

— А вот и петушок, — сообщил малышке Ваня, протягивая обещанное, отчего Василиса, казалось, заулыбалась ещё ярче.

Распростившись с царевной и лекарями, Милорада ещё раз поблагодарила Ягу и отправилась со всем семейством домой, где их уже ждал отпущенный пораньше со службы Владислав. Карета везла всех домой, а Марья, да и Иван играли с Василисой, которую больше ничего не пугало. Была девочка завёрнута в платье, потому что одежды на её размер под рукой не было, но младшую это совсем не беспокоило, а её мама знала, что муж уже всё решил.

В отличие от более взрослых детей, белье на малышей можно было просто купить у белошвеек, оно подстраивалось колдовскими чарами, ну а платья уже ждали дома. Милорада была в своём муже абсолютно уверена, поэтому ехала со спокойной душой. Иван да Марья этим вопросом не задавались, потому что в нём не ориентировались, к тому же абсолютно верили маме, поэтому сидели спокойно.

Остановившаяся у дома карета была встречена радостно всех поприветствовавшим Владиславом, сразу же отнявшим младшую дочку у жены. Ощутив надёжное тепло мужских рук, девочка замерла на мгновение, доверившись затем, но для порядка поинтересовалась: