Желудок вдруг скрутило от голода. Такого, что готов был жрать траву и корни.

— Ты есть хочешь? — спросил Лок, словно прочитав мои мысли.

— Очень, — ответил я, только сейчас поняв, насколько голоден. Последний раз ел… черт его знает когда.

— Поймали какую-то животину, зажарили, — Лок кивнул в сторону костра, где на самодельном вертеле лежали обглоданные кости с остатками мяса. — Не знаю, что это было, но на вкус ничего так.

Осторожно переложил Амику на землю. Она недовольно мяукнула, но спорить не стала. Я пересел ближе к огню, схватил кость с мясом, впился зубами. Сок потек по подбородку, но мне было плевать.

Мясо пахло дымом и кровью, но на вкус было превосходным. Или это просто голод так обострил чувства. Разорвал мясо, проглотил, почти не жуя. Схватил следующий кусок.

Парни молча наблюдали, как я ем, но в их взглядах не было осуждения. Только понимание. Они сами были такими же — выжившими, голодными, сражающимися за каждый день.

Отбросив обглоданную кость, вытер руки о траву. Желудок благодарно заурчал. Сразу стало легче. Хотя каждая мышца все еще ныла, но сознание прояснилось.

— Что будем делать? — спросил Лок, подбрасывая веток в костер. Искры взмыли вверх, как крошечные огненные птицы.

— А что делать? — отозвался я, вытирая жир с подбородка. — Надо бы Муравью кое-что приделать…

Все рассмеялись. Даже Торс. Напряжение, висевшее в воздухе, немного спало. Старая шутка, но всегда работала.

— А если серьезно, — продолжил я, — в этой терре нам особо задерживаться смысла нет. Нужно покончить с ублюдками Биар, замочить патриарха, и мне желательно спуститься в их сокровищницу. Вдруг там есть еще кусок чаши жизни.

Лок покачал головой, отбрасывая прядь слипшихся от крови волос с лица:

— Не так все просто. Ты понимаешь, что они не дураки? Пропали все патриархи, сейчас устроится целая бойня. Скорее всего, они уже заперлись в особняке и укрепились по самые не могу. Достали все артефакты, оружие, наняли всех, кого могли. — Он вздохнул. — Попасть к ним будет сложно, Марк, каким бы ты сильным ни был. Не забывай, это десятая эра, и патриарх далеко не лох.

Я пожал плечами, потер саднящую грудь:

— Значит, будем думать на месте.

Амика подошла, потерлась о мою руку, требуя внимания. Я рассеянно почесал ее за ухом. Монстр-кошка-убийца, любящая ласку. Что может быть абсурднее?

Человеческая природа, если только…

Внезапно шорох в лесу заставил всех напрячься. Листья зашуршали, ветки хрустнули. Кто-то двигался к нам.

Торс бесшумно поднялся на ноги, схватился за меч. Ульрих сжал обломок посоха, его пальцы побелели от напряжения. Лок выхватил револьвер, взвел курок.