— Может, тот же тип? — предположил Торс. — Который остановил время. Изменил твой эфир.

Он мог предупредить кирмиров, но зачем? Да и откуда он знал, где мы?

— Возможно, — согласился я. — Но это не отменяет вопроса — зачем? Какая цель? Что он хочет от меня?

— Может, просто помочь? — наивно предположил Лок.

Я посмотрел на него, поднял бровь.

— Ты правда веришь в добрых самаритян? — спросил я. — В этом мире? Где все режут друг друга за кусок силы?

— Нет, — вздохнул блондин. — Не верю.

— Вот и я не верю, — кивнул я. — У того мага, скорее всего, есть план. Большой план. И мы — часть этого плана. Просто пешки.

— Не нравится мне быть пешкой, — буркнул Ульрих.

— Мне тоже, — я вернулся к столу, опёрся о край. — Поэтому пока поиграет в поддавки.

— Но это другая игра — шашки, а не шахматы. — произнес Лок.

— Вот именно. Не будет даже пробовать по правилам, а просто изменим их.

Тишина. Все переваривали сказанное.

— Значит, соглашаемся? — уточнил Торс.

— Да, — кивнул я. — Соглашаемся. Помогаем кирмирам. Получаем проход в любую терру, возможно даже в первую. Дальше разберёмся.

— А если это ловушка? — снова спросил Ульрих.

— Тогда дерёмся, — повторил я слова Торса. — И убиваем всех, кто попытается нас предать.

Лок усмехнулся:

— План так себе. Но лучше, чем ничего.

— Лучшие планы всегда такие, — хмыкнул я.

Мы расположились на лежанках. Камень жёсткий, холодный, но усталость перевесила дискомфорт. Лок растянулся с закрытыми глазами, руки за головой. Торс сел рядом с Ульрихом, на всякий случай. Стратег лежал неподвижно, дыхание ровное — наконец-то расслабился.

Я лёг последним. Закрыл глаза. Эфир пульсировал в груди — красный, тёплый, почти живой. Убаюкивал, как сердцебиение.

Сон пришёл быстро.

* * *

Проснулся от грохота.

Резко сел, схватился за эфир. Энергия откликнулась мгновенно, потекла к рукам. Лок вскочил одновременно со мной, револьвер уже в руке. Торс схватил меч, развернулся к двери.

Дрожь. Стены задрожали. Камни задребезжали, кристаллы в стенах замигали. Пыль посыпалась с потолка — мелкая, серая. Ещё один удар — сильнее, глубже. Вся комната качнулась, словно корабль на волне.

— Какого хрена⁈ — заорал Ульрих, хватаясь за края носилок. Костяшки пальцев побелели.

Кувшин с водой опрокинулся, покатился по столу, упал на пол. Разбился с треском. Вода растеклась лужей.

Дверь распахнулась с грохотом. Рубискар Вбежал. Лицо бледное, глаза широко раскрыты. Борода растрепалась, на лбу выступил пот. Он задыхался, словно бежал без остановки.

— Нужно валить! — крикнул он, хватаясь за косяк. — Сейчас! Немедленно! Хватайте всё, что можете, и за мной!