Между ними, на перевёрнутой миске, как на троне, сидела Тина.
Жаба смотрела на кусок мяса с выражением непоколебимого спокойствия.
— Шовчик, — говорил Мика терпеливо, поднимая мясо. — Вот. Смотри. Берёшь. Кладёшь. Перед Тиной. Аккуратно. Не жрёшь сам. Кладёшь. Понял?
Волкодав весело и утвердительно гавкнул. Хвост застучал быстрее.
Мика положил мясо перед жабой. Тина медленно и величественно моргнула. Потом разинула пасть, и мясо исчезло. Раз, и нет. Шовчик дёрнулся, ткнулся носом в пустое место, где только что лежал кусок, и обиженно заскулил.
— Нет! — Мика поднял палец. — Не ныть. Сейчас она ест, не ты!
Шовчик посмотрел на Мику с таким выражением, которое у людей называется «ты издеваешься, да?»
Тина моргнула снова.
Я прислонился к дверному косяку и позволил себе улыбнуться. Мика сидел на полу между волкодавом и жабой-утилизатором и учил их.
— Мика.
Парень поднял голову.
— Макс! Ты видел? Шовчик уже понимает команду «корми»! Ну, почти понимает. Процентов на сорок. Тина ему помогает — она ему показывает глазами, куда класть.
— Тина ему показывает глазами, — повторил я. — Жаба. Показывает глазами.
— Ну да. Она умная.
Тина моргнула в третий раз. Я мог поклясться, что это было подтверждение.
— Ладно, — я оттолкнулся от косяка. — Где Стёпа?
— Наверху. Лана ушла за водой, скоро придёт. Ника с Барутом тоже наверху, тренируют Фукиса.
— Хорошо. Слушай, мне нужно уединиться. Режиссёр пришёл в себя, и у меня есть кое-что, что поможет ему стать сильнее. Это займёт время.
Мика посерьёзнел.
— То самое сердце?
— Да. Не трогайте меня, пока сам не выйду.
— Понял.
Я прошёл по коридору и закрылся в дальней комнате.
Сел на пол спиной к стене и достал из рюкзака Сердце Крови. Красавчик смиренно сидел на плече.
Режиссёр внутри ядра почувствовал реагент и напрягся. Ментальная нить тревожно зазвенела.
Я послал успокаивающий образ.
Не тот запах. Не та тварь. Ты это уже знаешь.
Рысь помедлила. Потом осторожно согласилась. Как зверь, который подходит к миске с едой, поставленной незнакомцем. Не доверяет, но голоден.
Пришло время заняться стаей и наконец провести эволюцию Режиссёра. Я так долго этого ждал.
А потом вытащить этого позёра Раннера из таверны. Если надо — за его золотые локоны.
Глава 7
Я запер дверь, задвинул засов и прислушался. За стеной глухо бубнил голос Мики — парень продолжал дрессировать волкодава.
Сел на пол в центре комнаты, вытянул ноги и выровнял дыхание. Потоковое ядро привычно отозвалось теплом в груди.
Потянулся к ментальным нитям…
Стая…
КО МНЕ!
Первой вышла Афина — воздух в комнате вспыхнул жаром, и тигрица материализовалась у дальней стены. Четыре метра светлого серебра и огня. Она заняла добрую треть комнаты, половицы жалобно скрипнули под её весом.