Но, когда я вернулся, все были на своих местах. Разведчица искоса посматривала на главного в убежище. Воронков же дождался меня и выдал первую догадку:
— Что, он меня сюда привел?
— Это его убежище. Но ты многое пропустил и, я думаю, как только мы отсюда выберемся, надо будет выработать новый план.
— Так от срока осталась половина! — воскликнул Воронков, натягивая брюки.
— Если не меньше. Зато у нас есть вертолет. Он же у нас еще есть? — выразительно спросил я у Викторыча. Тот на пару мгновений задумался, а потом утвердительно закивал:
— Есть! — уверенно ответил он. — Точно есть!
— У нас будет примерно час на обсуждения и составление нового плана.
— Оружие?
— Есть небольшой схрон. Там, если что, найдется и теплая одежда, — добавил я.
— Если не побрезгуешь кровью на ней, — сказала разведчица.
— Лишь бы дырок не было? — полувопросительно произнес Володя, я кивнул, а Дарья дополнила:
— Твой друг метко стреляет.
— Этого не отнять, — усмехнулся Воронков, сбросил с себя остатки датчиков и полностью оделся. — Но, как я понимаю, выбраться отсюда будет проблематично?
— Могут возникнуть кое-какие трудности, — сказал я, — но мы с ними справимся. Нас же теперь трое.
— Четверо, — едва слышно влез Викторыч.
— Трое, — сурово повторил я. — Ты с нами, но не в команде.
— А меня почему тогда никто не спрашивает?
— Я думал, ты сразу же согласишься на смертельно опасное путешествие до вертолета и, вероятно, еще дальше, — мой ответ прозвучал, как шутка, хотя такого смысла я в него вообще не вкладывал.
Глава 40
Разговор мы решили отложить до момента, пока не доберемся до укромного места. Таким для нас могла стать точка, где наблюдала за происходящим Дарья. И хотя она временами пыталась попросить нас называть ее Дашей, разница почти в десять лет в ее пользу не могла заставить меня использовать ласкательно-уменьшительное в ее адрес.
К моменту, когда мы одели Володю, врач так и не появился. Попытки выяснить его местонахождение ни к чему не привели — Викторыч так и отмалчивался, не говоря ничего, кроме «не знаю». Мучить его никто не стал. Воронков уже был с нами, а потому какие — то меры принимать не требовалось.
Безопасно мы добрались обратно до кабинета, не встретив ни помех, ни сопротивления. Проблем не появилось и дальше — зато попались люди, которые обитали в убежище.
Я не заметил на них никакой единой формы, все носили что могли. И пестрые обитатели убежища немного разбавили наше мрачное настроение. Среди них не было вооруженных людей, так что до входа мы дошли, ни с кем не конфликтуя.
Разве что у самых дверей я кашлянул.