— Что происходит⁈ — Аристарх стоял с круглыми глазами и смотрел то на меня, то на своего брата.

— Выйди, Аристарх. Сейчас я буду ставить зарвавшегося щенка на место, — покраснел от злости Юрий. — Кажется, он думает, что это я ему задолжал, а не наоборот!

— Ты говорил, что хочешь породнится с его графским родом! — воскликнул Аристарх.

— Так и будет. Но без переменной в виде самого ублюдка.

— Браво! — я захлопал в ладоши. — Мне даже интересно, каким образом ты уберёшь эту «переменную».

— Просто расскажу всем аристократии правду! Если ты сейчас же не прекратишь вести себя как свинья, по ошибке пущенная во дворец.

— Какую правду? О чём ты⁈ — Аристарх, кажется, действительно был честным человеком. — Ярослав спас меня, когда я без сознания чуть не потонул в затапливаемой каюте после катастрофы! А затем именно благодаря его помощи я выбрался с Изнанки вместе с дочерью адмирала Косаткина!

— Именно поэтому я разговариваю с ним, а не требую от губернатора немедленной конфискации земель Кальмарских! — крикнул Юрий, с гневом посмотрев на брата. — Если ты такой сердобольный, то выйди из зала и не мешай мне отстаивать интересы нашего клана! В политике нет места твоим розовым соплям!

Аристарх смотрел на Юрия со смесью непонимания и глубокой обиды. Он даже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но я взял слово раньше.

Мне не хотелось видеть разгорание семейной драмы.

— Каланский Юрий, — Истинным Виденьем я просмотрел его ауру. Жадный, беспринципный, но очень упорный. Ужасное сочетание качеств для благородного человека, но идеальное для дельца, который готов ради обогащения на всё. — Ты вёл дела с моим отцом — графом, который был на уровень выше тебя. Я работал с твоими людьми в Лос-Анджелесе. И нас обоих ты хотел использовать.

Повисла тишина. Оба брата слушали меня, пусть и с разными выражениями лиц. А я продолжил:

— Вот только после гибели моего отца, ты смог подмять под себя активы моего рода и повесить на мою сестру с мачехой огромный долг, — я поднялся с кресла и тяжёлыми шагами пошёл к Юрию. — На женщин, разбитых горем. Потерявших отца и мужа… сына и брата.

Я подошёл вплотную, нависнув над Юрием сверху. Он дёрнулся назад, но смог сдержать порыв отступить. Тем не менее, его лоб заблестел от выступившего из-за напряжения пота.

Он чувствовал. Не Чутьём, но интуицией, что мог умереть в любой момент.

— Ты поступил хуже меня. Пусть я забрал макр у мафии и даже родился бастардом. Ты только усугубил свою вину, когда отправил головорезов за моей жизнью и макром пятого уровня. Знаешь, что за это полагается?