Он ловко провёл наше судно через узкую расщелину между двух крупных скал и патрульное судно осталось далеко позади, без возможности нас преследовать. А впереди открылся остров Кальмарский.
В памяти заныли воспоминания Ярослава. Щемящее чувство ностальгии, которое я не должен был испытывать, всё равно чуть-чуть подъедало изнутри.
На всём острове горело только несколько огоньков. В самом эпицентре, в усадьбе на вершине холма. Всё остальное было чёрным, как и безжизненные скалы вокруг.
Но свет всё равно внушал надежду, что члены клана живы.
— Парень, в гавани я не хочу останавливаться. Там заражённых должно быть полным полно, так что и ты рискуешь, и я, — сказал Лампа.
— Это не принципиально. Добираться до усадьбы мне всё равно придётся на своих двоих.
— И то верно. Остановимся с другой стороны. Насколько я помню, там пусть и нет нормального берега, но более короткий путь к усадьбе. Чуток попрыгаешь по скалам и доберёшься.
— Да, давай там, — я тоже вспомнил это место. Оно подходило как нельзя лучше, с учётом обстоятельств.
Через десяток минут мы приближались к месту. Я пожал Лампе руку на прощание.
— Благодарю тебя, храбрый моряк.
— А уж я тебя как благодарю, — подмигнул он, хлопнув себя по карману, где покоился кошелёк с оплатой. — Береги себя там. Через неделю, примерно в полночь, я буду проплывать мимо этого острова. Если подашь сигнал на маяке, — он указал на тёмную вышку на окраине острова, — то я подберу вас.
— Даже денег не возьмёшь?
— Как не возьму? Возьму, даже с процентами! Когда я спасу твой полублагородный зад, ты будешь готов отдать мне всё на свете, — захихикал он. — Береги себя там, парень. Не давай заражённым кусать тебя или попадать своей магией. Ущерб от неё слабый, но заражает с гарантией.
— Учту.
— Фух, ну, с предками!
И я с небольшого разбегу по лодке прыгнул на выступющие скалы. Не дотянув полметра, я подхватил себя телекинезом и безопасно доставил до скалы. Правда, сразу же оказался окачен морскими брызгами.
Рыбацкая лодка начала удаляться. Лампа помахал мне, а я в ответ. И потом я двинулся к берегу по скалам, прислушиваясь к Чутью. Заодно и Зырика выпустил, чтобы сверху отслеживал любое движение.
С помощью телекинеза и прыжковых «упражнений» добрался до земли и направился вглубь острова.
Вокруг не было слышно ничего, кроме бьющихся о скалы волн. Да и Чутьё молчало. Зырик тоже.
Я почти расслабился, когда пересекал небольшой скальный пригорок, как поблизости послышались булькающие звуки. Я затаился. И тут же Зырик затрубил тревогу.
Со стороны деревушки, которая была рядом с гаванью, ко мне приближалось трое. Но не это напрягало. А то, что я их не Чуял.