— Фил, узнай у них всё, что можешь.

— Слушаюсь, ваше сиятельство, — он внимательно посмотрел на пистолет. — Должен отметить, что он разряжен.

— Плевать! — я откинул оружие в сторону. — Передай всем слугам, чтобы закрыли все двери и не выпускали отсюда никого, и пусть вооружаются! Ночь лёгкой не будет!

И тут ко мне дошёл тревожный сигнал Зырика.

— Друг, друг! — передавал он.

Я снова переключился на его зрение.

К усадьбе со всех уголков острова стягивались человеческие фигуры. Заражённые, как я и предполагал, собирались идти на штурм, ведомые одной волей.

Только у меня был шанс остановить это до того, как погибнет кто-то из людей. Моих людей!

Со всех сил я помчался наверх, на чердак.

Пробегая мимо комнаты сестры, я не почувствовал внутри никого. Паршиво.

За минуту я добрался до крутой лестницы, у которой меня уже ждали.

Огромный и небритый, с клеймом на лбу — сбежавший каторжник. Он был больше любого из головорезов Николаса. Пока он напоминал человека. Но кривые зубы уже начали приобретать вид клыков, а в глазах мерцал красноватый блеск.

Он посмотрел на меня исподлобься. Из его открытой пасти капала вязкая слюна. А Истинным Виденьем я увидел, как разбухает в ауре багровое пятно.

Заражённый. В самом сердце моего дома. Очевидно тот, кто не контролировал потребление порошка для роста. И скорее всего, специально.

С тупым звуком «ээээээ» он побежал на меня, словно разъярённый бык. В его рте начала сгущаться энергия для выстрела, но я отправил в него Псионический Клинок, который пронзил сердце.

Великан рухнул, разбивая нос об пол. А я перескочил через его тело и двинулся вверх, пока не услышал позади тот самый звук «ээээээ».

Здоровяк поднимался. Несмотря на то, что я точно прошил его сердце насквозь.

Второй удар срубил ему голову. Быстро и легко. Так что он упокоился уже наверняка. Ну, или пусть сначала подберёт свою голову, которая откатилась в коридор.

Выждав несколько секунд, я убедился что он не вставал и побежал по лестнице вверх.

Двери были накрепко закрыты с другой стороны. Но Псионический Клинок располовинил замок и я ногой вышиб их на своём пути.

— Нарушитель! Поганый ублюдок! — Николас стоял в дальней части чердака, у окошка, с которого открывался вид на остров. Одну руку он держал на крупном багровом макре, стоящем на шесте-подставке, а другую на шее моей сестры.

Аня не сопротивлялась, а смотрела вперёд пустыми глазами, в которых не было и намёка на осознание происходящего. А рядом стояла Ирина, с точно таким же бездумным взглядом.

Обе были в глубоком одурманивании.

— Ты понимаешь, что ждёт тебя за это преступление? — спокойно, стараясь не спровоцировать на резкие действия, спросил я его.