Тревор Суитти не успокоился. Так как ремонт аппаратов был невозможен, он начал расследование и быстро выяснил, что один из членов команды саботировал запуск Малыша. Будучи скрытым рамиресофилом, считал, что Земля — враг, и локусяне должны защищать планету от их нашествия.

«Так что это не ошибка системы, — сказал Тревор, — а злой умысел!»

— Молодец, что всё выяснил, — спокойно сказал Роман. — Но план остаётся прежним. Вы возвращаетесь на Локус.

«А Малыш?»

— Оставьте его до лучших времён.

Чтобы не слушать ругань Тревора, Роман отключил связь.

— Вот видишь, Вселенная тут ни при чём, — сказала Элли. — Обычный саботаж.

Роман усмехнулся:

— Лучший акт саботажа это тот, который скрывает не только истинного виновника, но и настоящую цель.

— Иногда я боюсь, что ты рехнулся, как эта ваша Жанна.

— Представь, как она сейчас радуется? Её бредовая теория подтвердилась. Хотя причина нашей неудачи вовсе не в том, что мы якобы в симуляции.

Элли присела рядом с Романом:

— Если мы не можем связаться с Землёй, то что нам делать?

— Мы не можем связаться с нею до тех пор, пока не прилетят люди из твоего времени, после этого парадокс исчезнет.

— Это не отменяет вопроса, что нам всем делать почти сто лет?

Роман тихо сказал:

— Я… я не знаю.

Ветер постоянно набрасывал светлые волосы Элли ей на глаза. Придерживая их рукой, она сказала:

— У нас есть ещё много времени, чтобы делать на Локусе то, что мы захотим. Пусть земляне откроют для себя планету, на которой живёт высокоразвитая цивилизация, а не колониальные осколки.

Роман неуверенно ответил:

— Опять строить? Тебе не надоело?

— Рома, я — биологический человек, лишившийся всех способов продлевать свою жизнь. Скоро мне будет шестьдесят лет. Но мне не надоело жить каждую секунду. Я хочу ещё.

— Опять что-то планировать, строить, решать… Будто я живу в бесконечной истории. А бессмертие делает эту историю страшнее.

Элли Смит ударила его локтем в плечо:

— Если тебе кажется, что твоя история никак не закончится, а всё время будто создаёт из себя всё новые и новые истории, это не значит, что она вообще не способна закончиться.

— Нет слов, коллега.

— Просто когда она закончится, ты будешь к этому не готов. Её конец так разозлит, что ты изо всех сил будешь хотеть продолжения. Ты всегда будешь планировать, строить, решать. Ибо ничего другого ты не умеешь. Ты же инженер колониальной застройки. Не трать время, хотя у тебя его и так бесконечность, а начинай работать.

— Но что мне делать?

— Строй огромный комплекс генерации червоточин, чтобы сквозь него проходили гигантские космолёты. Их, кстати, тоже придётся построить.