Поездка проходила без каких-то внезапных проблем. Всё спокойно, всё подготовлено, чётко и выверено. Единственное, что надоедало, — это косящиеся взгляды сопровождающих и наигранное дружелюбие старшего из группы магов. Какой-то очень видный аристократ не из рода местного князя.

Как добрались до вотчины барона Иглова, я впервые всех удивил: потребовал найти и организовать встречу с Дарьей и Павлом Возовскими — беженцами из Буровского баронства.

Местные не сразу поняли, что речь о детях. Тогда мне пришлось пройтись по деталям. Уточнил возраст, день, когда они попали на земли Игловых, описание внешности офицера, который командовал пограничным отрядом в тот день, и уже к обеду я оказался на пороге детского дома. К его порогу привезли взмыленного и запыхавшегося офицера, которому я поручил обеспечить безопасность детей.

— Майор Складченков Михаил Игнатьевич по вашему приказанию прибыл! — отчитался он перед бароном, который встретил нас в своём городе и чей план экскурсионно-застольных мероприятий пошёл по всем известному месту из-за моего самовольства и несвоевременных желаний.

— Вольно… Вас хотел видеть наш гость… — выдохнул барон и скосил в мою сторону взгляд. — Вы знакомы, оказывается?

— Никак нет! Первый раз вижу! — тут же ответил он, обильно потея.

— Где еда, которая у нас с собой была? — поинтересовался я у сопровождающего нас аристократа.

— В основном всё накрыто в главном зале дворца…

— Привезти. Сюда. Отдать детям, — жёстким, не терпящим возражений тоном приказал я, смотря на чумазые и худые лица детишек, что с любопытством выглядывали в окна. — Майор, сопроводите меня до ваших подопечных и дайте отчёт о проделанной работе.

Я вошёл внутрь, отодвигая с пути тучного представителя администрации детского дома.

Беглый осмотр дал понять, что живут тут дети то ли с божьей помощью, то ли за счёт пожертвований. Никакой централизованной поддержкой здесь и не пахнет. Практически…

— Ты, — нашёл я пальцем самого важного дятла из стаи ходящих за нами следом чиновников. — Кто такой?

— Ластыщин Олег Марьялович, директор детского дома… — испуганно глазея по сторонам, ответил он.

— Где игрушки?

— Какие игрушки?

— Вот и я спрашиваю. Где игрушки, книги, журналы, компьютеры и всё остальное? Дети должны расти и развиваться. Они наша надежда и опора. У тебя час. Через час здесь не должно быть места, где ступить из-за игрушек.

— Ваше благородие… — посмотрел он на краснеющего барона, что плёлся следом за нами и главой делегации.

— Выполнять! — приказал он. — Где кухня? Там что за дверью?

Барон и сам то ли ради популизма, то ли действительно впервые в жизни увидел, в каких условиях живут дети, потерявшие из-за войны родителей, принялся рвать и метать.