— А я не извращенец. Контролировать себя надо, Анюта. Хоть какую-то волю иметь, а не дефилировать своими прелестями перед первым встречным, — сказал я, а сам удивился появлению в моём лексиконе нового слова…

Вылезло само по себе и как точно в цель попало! Удивительно!

— Это ты себя контролируй! И вообще, для изврата, который меня всю обмацал, пока мы бежали, и видел практически голой, ты какой-то неблагодарный!

— Мне тебе теперь что, ноги целовать? Анют, я напоминаю, это ты здесь на испытательном сроке. Если и дальше будешь так себя вести, сдам отцу на руки и ариведерчи.

Хм… Снова интересное слово вылезло. Ариведерчи… Это откуда вообще взялось такое? Явно не местный язык.

— Аричего?

— Досвидос по-нашему.

— Да и пожалуйста! Мне такой мужлан и даром не нужен. Даже воды не может взять с собой догадаться.

— Да. Ты права. Жажда — ужас. Меняемся. Давай мне телефон, а сама тащи рюкзаки.

— В смысле тащи рюкзаки? Я же девочка! — возмутилась Анна.

— А я всё ещё думаю свернуть в ближайший город и купить там кляп для этой непослушной девочки.

— Фу, изврат! — скривила она лицо.

— Фу, стриптизёрша с мелкими сиськами, — повторил я её выражение лица.

— Ничего у меня не мелкие! — завелась она с пол-оборота и стала выглядеть как валькирия на тропе войны.

— Ну, так себе, если честно. Видал и более достойные стихов девичьи прелести, — пожал я плечами с ухмылкой. Причём вообще не соврал: за многие годы я видел… многих.

— Ну, раз тебе моя грудь не понравилась, то можешь больше и не мечтать её увидеть.

— А ты что, на каждой стоянке хотела мне её показывать? Фу… Извратка.

Подловил я её и смог на целую минуту вогнать в ступор. Блаженная тишина.

— Что, правда такая мелкая? — раздался голос у меня за спиной, как только мы подошли к лесному ручью.

Я обернулся и увидел душещипательную картину, где Аня своими мелкими ладошками со слезами на глазах водит вокруг своих скромных прелестей.

— Мне в ладонь поместится… — показал я ей свою руку, и она понуро опустила голову. — Но не в сиськах счастье, Аня.

— А в чём тогда? — с надеждой посмотрела девчонка на меня.

— В их размере! — рассмеялся я и увернулся от брошенной в мою сторону деревянной палки.

— Прибью! Изврат!

Надо всё-таки купить кляп. С таким криком мы далеко не уедем…

Спустя всего пятьдесят километров Аня устала. И пусть она пыталась не показывать виду, я видел, как с неё пот уже течёт. Неудивительно, нам приходилось следовать за подсказками элек-разведчиков и то останавливаться, то возвращаться, то петлять. Прошло больше десяти часов с того момента, как мы вышли, и не всегда попадалась ровная дорога. Порой и через непролазные дебри приходилось пробираться.