Это он, сволочь такая, мешает свободному мореплаванию. Или земледелию, какому-то ремеслу… И стоит эту сволочь уничтожить, как жить станет легче, жить станет веселей. Наши торговцы, ремесленники и земледельцы лишатся конкурентов и приобретут рабов.

Поскольку за столетия Весы Судьбы качались то в одно, то в другую сторону, победы и поражения обе стороны помнили хорошо. Помнили они также, что уровень жизни в эти времена колебался очень сильно. А думать, что можно решить проблему как-то иначе… Не патриотично.

Раздался вой и почти тут же прогремели первые выстрелы. Пушки в Иггдрасиле работали на иных принципах, нежели их Земные аналоги времён Средневековья. Но по факту были похожи как внешне, так и по принципу действия. А что это артефакты… да кому какое дело?

Выстрелы звучали как с нашей, так и с вражеской стороны. Неприятным было то, что «Дева» стояла против волн и соответственно — вражеские ядра до нас долетали, пусть и рикошетом, а вот наши — нет.

И пусть расстояние было пока слишком большим, чтобы ядра причиняли серьёзный вред бортам метровой толщины, сложенным по всем правилам корабельной инженерии, но нервировало это изрядно. Ещё более нервировала странная тактика врагов — кружить вокруг нас, постепенно сужая кольцо со стороны набегающих волн.

Так прошло больше часа, постепенно римляне приближались и удары ядер в «Деву Иштар» стали настолько ощутимыми, что отдавались даже у нас на мачтах. Мы тоже стреляли, но редко и скорее для самоуспокоения — дескать, защищаемся.

Наконец был выбран оптимальный вариант, когда римские пушки добивали до нас полностью, а наши до них — только «блинчиками», остаточно. Снова тоскливое ожидание… кошусь на Рэйли, не понимая — зачем всё это время мы сидим на мачтах? Но почти тут же моё недоумение разрешилось.

— Завеса! — истошно орёт лучник по соседству, вскидывая лук с натянутой стрелой. Та светится нехорошим багровым светом и… вылетев навстречу такому же «нехорошему» вражескому ядру, сбила его!

Надо же… нет, что-то такое мы отрабатывали, но честно говоря, тогда эти моменты до меня просто не доходили. Казалось, что столь странные вещи мы делаем по правилу «Чем бы солдат не занимался, лишь бы упахался». Думал, мы так непосредственно во время абордажа вражеские плетения смахивать будем, а тут вот оно как…

— Не спи, ушастый! — Орут мне, спохватываюсь и отбиваю очередное ядро, светящееся жаром. С этого момента римляне стали целить по рангоуту и проблем у нас прибавилось.

— Жаром! — орёт всё тот же многоопытный лучник-маг, различающий ядра «на глазок». Послушно встречаю «мячик» Огненной Стеной, но неожиданно он взрывается. Осколки хлещут вперед. Успеваю поставить Щит, прикрывая себя и Ваську. Лучника разнесло, на вантах остались только кровавые брызги.