— Черт, где оно⁈ — запаниковал Мозес — Кто-нибудь видел⁈

—Полагаю, уже далеко, – ответил Гундахар, пристально изучая труп. Пару раз перевернул, сдвинул острым концом кола волосы на макушке и под конец мрачно нахмурился. —Глядите в оба и старайтесь держаться подальше от стен. Выглядит так, словно его череп проткнуло жалом, поместив «личинку» прямо в мозг.

— Ох, бляха… Ну вот-вот-вот… — заикаясь, простонал толстяк. — Ну вот и кто это, блин⁈ Киборг, блин! А еще тьма, инопланетные паразиты, стирание личности и точки Возрождения в глухих каменных мешках! Может реально на хрен это все? Устроим капитальный подрыв, а Влад потом своим «кармашком» все приберет! Вместо трехнедельного «спидрана» до последнего зала!

—Какая ты, однако, впечатлительная матка Ямарайаху. И как легко тебя напугать.

— Да даже если половина его слов брехня, по крайней мере одно я знаю точно: с этим «заданием» нам тут гривы расчешут по самое не балуй! Глас! — монах поискал глазами шамана. — Скажешь что-нибудь или мне одному отдуваться?

— Да что тут говорить, — пожевал ус Эстир. — Тут пахло задницей, когда мы вошли. Пахнет и теперь. Но меня интересует другое.

— И что же?

— Настанут ли когда-нибудь на моем веку счастливые времена? Или хотя бы просто спокойные, чтобы я мог бездельничать сутками напролет. Чилить в гамаке и беззаботно гулять в центре города, а не включать паранойю каждый раз, как выхожу на улицу. И уж тем более не взваливать на свои хрупкие плечи непонятный квест, от выполнения которого, судя по всему, теперь зависит судьба всего клана.

—Рано или поздно настанут, – прогудел рыцарь смерти.

— И как скоро? Когда у меня будет седая борода и две-три извилины в мозгу? Кстати, об извилинах… — Глас материализовал в руках Хаотическую Перчатку. — Эрдамон Белар.

Хлоп!

— Славно. Работает как швейцарские часы.

Глядя на это, Мозес слегка улыбнулся.

— И сколько раз ты ее уже применил?

— Двенадцать.

— Двенадцать? А почему так мало?

— Следуя заветам Конструкта, я стараюсь использовать разные временные интервалы, чтобы появление Перчатки стало непредсказуемым, — ответил шаман. — Плюс один раз я проспал и еще четыре часа был непрерывно занят кое-чем с Гондваной. А там уже сами понимаете: ставить кино на паузу ради старого маразматика — до неприличия уродливый моветон. Девушка бы не оценила.

— Ага, конечно. Четыре часа. Рассказывай.

— Чистая правда, — лучезарно улыбнулся тот. — Вспомнил молодость.

— Да не звезди. Никто не может четыре часа подряд. Влад, подтверди.

— А чего сложного? — пожал плечами я, направившись дальше. — С нашей-то выносливостью.