— Любишь страшилки? — попытался развеять нагнетание я, но, к сожалению, ничего не добился — подрывник оставался на своей волне. Отстраненный и, судя по всему, глубоко травмированный.

— Я много чего повидал на своем веку, но это… Это зло, воплощенное в металле. Хитрые, безжалостные, прирожденные убийцы. Появляются незаметно, нападают бесшумно и уносят трупы.

— Зачем?

Склонив голову, Торун принялся скрести ногтями разодранное до крови запястье.

— Ходят слухи, что они проводят над ними опыты. Экспериментируют, пытаются воспроизвести. А в некоторых случаях и перенести сознание. Кто знает, возможно, они уже среди нас. Плетут свою паутину, ждут подходящего часа… и постоянно следят.

Капая на пол кровью, дворф указал на треснувшую, оплавленную точечным ударом заклинания полусферу. Нечто отдаленно напоминающее инопланетную камеру, тщательно замаскированную под участок скалы — небольшой выступающий на потолке «бугорок», в котором отчетливо угадывался объектив.

— А еще я слышал, что у них внутри есть точки Возрождения, — тихо добавил он. — Поговаривают, когда-то давно они выбирались наружу. Вырвали ближайшие и установили себе. В наглухо замурованных мешках из камня Тула.

Краем глаза я заметил, что услышанное Гундахару не понравилось. Напомнило о тысячелетиях заключения, из-за чего впервые за долгое время на лице игва промелькнула тень сомнения. Правда, всего на мгновение — как своего рода напоминание, что даже такие, как генерал, иногда могут бояться.

—Ясно. И где их тела? Машин, я имею в виду.

— Больше нет, — ответил гном. — Бойцы Вергилия хранили их во втором зале. Завал у третьего был основательным — лезвие не просунуть, — но крилах каким-то образом умудрились их обойти и забрали своих. Они всегда их уносят. Чинят, совершенствуют и снова отправляют в бой.

Странно. Торун Гримрок продолжал говорить, но с каждой секундой я отмечал, как внутри него что-то меняется. Он все больше нервничал, прятал глаза и с каким-то пугающе мазохистским остервенением царапал запястье, рискуя в любую минуту вскрыть себе вены.

С ним однозначно было что-то не так, однако что именно — понять было трудно. Причем дело было явно не в страхе — лично я сомневался, что привыкшего рисковать жизнью дворфа можно запросто напугать атаками из темноты.

— Вы думаете, вам стоит бояться Небесного Доминиона? Считаете, что опасность снаружи? — повысил голос он. — Нет, она там. Мы сами открываем им двери кирками и взрывчаткой. А они нас впускают. Пока. Но это ловушка, — гном ненадолго прервался. — Однажды они уже едва не уничтожили всю разумную жизнь на планете. Полагаете, второй раз будет другим?