— И сколько надо? — спросил Мозес.
— Литра два. В идеале — три.
— Три? Мы же сдохнем?
—А зелье регенерации тебе на что? — поморщился генерал, тронувшись в путь.
Спустя секунду к нему присоединились и остальные. Быстро пересекли пещеру и снова окунулись во тьму — длинное боковое ответвление, ведущее ко входу в корабль с противоположной стороны.
А также место, вновь обернувшееся для нас чередой грубых стычек. Болезненных и в некоторой степени демотивирующих, ибо противники нам попались серьезные.
Однако главная проблема заключалась даже не в этом, а скорее в том, что большинству из нас просто нечего было им противопоставить.
Гундахар ладно — старый игв в любом сражении чувствовал себя как рыба в воде. У меня и у Локо тоже дела шли неплохо: «Телекинез» и «Термит», пускай со скрипом, но худо-бедно справлялись. И если первый высасывал ману словно гигантский водоворот, то второй — с температурой реакции от трех тысяч градусов и выше, в зависимости от гнева — прожигал противников медленно и не с первого раза.
Далее по шкале эффективности неожиданно следовал Глас: вооружившийся мечом Германа и шаманскими побрякушками, он нет-нет, да и вносил небольшой вклад в общее дело. Более того, всю дорогу умудрялся оставаться относительно невредимым, без конца уходя в «Мистическое Единение» или же превращаясь в «Грифового Метаморфа».
Тогда как у Илая и Мозеса начались большие проблемы.
«Взрыв Трупа», «Темпоральный Всплеск», «Восстание Теней», «Зомбирование», «Оживление Кошмаров», «Поглощение Сил», «Чума» — все это, мягко говоря, было бесполезно. Жезл Волгихала превратился в реквизит фильма ужасов. «Призванная Коса» с ее некротическим уроном в принципе тоже.
Ну а про монаха, полагаю, и говорить не стоит.
Следовательно, возникал вопрос: как им качаться?
Ответ, как ни странно, был прост: банально добивать.
Что мы и делали: я — либо обрушивал на крилах многотонные блоки, либо фиксировал «Телекинезом», после чего остальные разбивали им головы обычным оружием.
Считай, вполне уместный лайфхак. Который, к сожалению, проработал ровно двадцать минут — проанализировав информацию, машины сменили тактику и теперь атаковали преимущественно с дистанции, снова и снова давая нам прикурить.
Иногда бой рисковал обернуться тяжелыми последствиями. Настолько, что приходилось спешно баррикадироваться и отстреливаться. Орудуя «карманом», я возводил прямо посреди тоннеля защитный «полумесяц» — кусок бетонного ДОТа толщиной с мою руку и парочкой узких «бойниц», сквозь которые во врагов летели «Молнии», «зубочистки» урканобоя и «Липкое Пламя».