— Отстань. Как хочу, так и называю. Хоть трясиновой феей, хоть неуклюжей какашечкой. Ну или Боно, если понимаешь, о чем я. В любом случае, это мой амронал, а не твой.

— Так я бы тоже не отказался завести своего. Только как?

— Переводи семьсот пятьдесят золотых, и я с удовольствием сделаю Боно братика.

— Нет уж, обойдусь. И вообще-то мог бы сделать и бесплатно. Тем более для меня.

— Что тут скажешь? Я — алчный человек. И придерживаюсь принципа, что работать бесплатно — это бесплатно работать.

— Оно и видно.

—Бо-о-о… — послышалось сбоку.

Следом из-за угла ближайшего здания показалась тупорылая, но при этом чертовски довольная морда, что пошлепала к Эстиру, словно ребенок. Пускай и искусственный, амронал был искренне счастлив видеть своего создателя.

— О! Наконец-то. А то я уж начал думать, что ты потерялся. Всё. Теперь вся банда в сборе. Можем идти. Пупсик, за мной!

—Проклятье… как же меня это бесит — прогудел Гундахар —Примитивные болтливые дегенераты, что за тысячи лет эволюции так и не научились слушать подлинную музыку жизни.

— Музыку? Какую музыку? — не понял Герман.

—Тишину, тупица.

* * *

Вблизи Агерон оказался больше, чем могло показаться.

Более того, глядя на идеально сохранившиеся стены и гигантские стекла пристроенной сбоку оранжереи, у меня не оставалось ни малейших сомнений, что здание было зачаровано целиком и полностью. От кончика трубы и до самого основания. Да так качественно, что казалось будто бы само время было не властно над лабораторией. Никакой ржавчины, обрушений и дыр. Лишь налипшая с годами грязь, что, высыхая на солнце, трескалась и отваливалась, обнажая под собой блистающий чистотой полированный мрамор.

Также поражали воображение сами двери. Высоченные, обитые толстыми листами из адамантии и украшенные двумя кованными барельефами, изображающими братьев Та-Брис. По одному на каждую из двух створок.

В запертом состоянии они будто бы пожимали друг другу руки, где в месте соприкосновения братских ладоней был виден инкрустированный драгоценными камнями замок.

Именно в него я и воткнул полученный в награду ключ доступа.

Причем что интересно, но его получил только я. Ни Герману, ни Эстиру, ни кому бы то ни было еще Система ключей не дала. Даже Августу. Что, по сути, делало меня единственным человеком, способным беспрепятственно входить и выходить из лаборатории.

Странно, конечно, но и не важно. Я и при всем желании не стал бы присваивать Агерон себе. Это было бы глупо, эгоистично и нецелесообразно. Поэтому, как только появится такая возможность, обязательно сделаю дубликаты.