— Она сильная. Чертовски сильная. Переписывает каждый мой скрипт под себя. А если не получается, то просто ломает. Прёт напролом, словно танк. Приходится постоянно вмешиваться и корректировать.
— Я, конечно, не спец в некромантии, но что-то мне подсказывает, что чем дольше ты тянешь, тем больших люлей огребешь. Она же все равно рано или поздно вырвется на свободу. И за «поводок» спасибо не скажет.
— Знаю. Но мне как-то стремно. Лучше подождать и хорошенько подумать.
— Хочешь, мы будем присутствовать? — предложил Герман — Можем и Галилео позвать. Он-то уж точно тебя в обиду не даст.
— Эйслина — мать Зилота — ответил Илай — Того, кого Галилео ненавидит всей душой. Сомневаюсь, что звать его на помощь — хорошая идея.
— Ладно, не расстраивайся — улыбнулся шаман — Что-нибудь да придумаем. Лучше вот, угощайся. А то весь вечер ничего не ел.
Неожиданно у некроманта сработал рвотный рефлекс, от чего тот резко дернулся в сторону, словно унюхал кучу дерьма.
— Фу, убери это от меня! — поморщился он.
— Что такое?!
— Ненавижу креветки. Меня от одного их запаха блевать тянет.
— Дикость какая… — Эстир задумчиво отодвинул поднос в сторону — Не любить креветки…
— Это же пауки. Морские пауки. Как можно любить пауков?
— Сам ты паук — хмыкнул Герман — Креветки — это креветки. Ракообразные.
— Но похожи.
— Ничего не похожи.
— Похожи.
— Нет.
— Да.
— Нет.
—Ай, да заткнитесь вы, черт подери! Дайте мне полежать в тишине и спокойствии! — генерал засунул уголки полотенца себе в уши —Уроды… И только попробуйте испоганить мне завтрашний день!
— А что будет завтра? — ласково поинтересовался шаман.
—Не твоё дело, тупица. И отодвинься от меня нахрен! А то я чувствую, как твоё колено касается моего. Омерзительно.
Глава 12
Тук-тук.
…
Тук-тук-тук.
…
— А ты уверен, что он там? — глубоко зевнул Герман.
— Да. Я слышал, как он разговаривал с Зативом. Минут десять назад — ответил я.
— Так может, он уже ушел?
— Вряд ли. Внизу и на улице его никто не видел. Да и дверьми он, как правило, хлопает так, что вся башня трясется. Мы бы точно этого не пропустили. Скорее всего, по-прежнему сидит у себя в комнате.
— Думаешь, затаился? — танк аккуратно положил торт на ближайшую тумбу — Кстати, где Глас?
— Отправился на болото снимать орков. Причем давно. Часа два назад.
— Так рано?
— Он с бодуна всегда просыпается рано.
— И не завтракает.
— И не завтракает — кивнул я.
Герман приложил ухо к двери.
— Не понимаю, каким образом Глас умудряется трезво мыслить на пьяную голову? Лично я и двух слов связать не могу. Тупо фразы не клеятся. А у него, наоборот, просыпается дар красноречия.