— Уа? — показавшись из рюкзака, Хангвил протянул мне упаковку влажных салфеток.

— О, спасибо, малыш.

— Ур-р-р…

Приоткрыв пухлую пачку, я аккуратно подцепил ногтем белоснежный прямоугольник. Затем еще раз, и еще. Скользкий, зараза…

— И все-таки, отец Малькольм, вы и ваши коллеги болваны, — усмехнулся Мозес. — Когда Эо колдовал иллюзию, то при открытии сейфовая дверь мигнула зеленым. А тут золотым. Могли бы и заметить. Разница-то колоссальная.

— Кстати да, — кивнул Герман. — Мы бы тоже могли догадаться. Раз эти парни так фанатеют от золота, то и сигнал должен был быть соответствующим.

— Не факт, — возразил я, после чего психанул и разорвал упаковку салфеток к чертовой матери. — Этот монолит изготовили в Ундгрофе. Пару дней назад я обратился к их мастерам через Ублюдка Джека и выкупил спецификации. Изначально дверь светилась зеленым. Так что это уже сами отцы заморочились и внесли модификацию.

— Да и пофиг, — Мозес вышел вперед. — Сработало, и ладно. А теперь за мной, братва. Заценим эту гадкую пародию на пещеру Аладдина.

— Почему это сразу гадкую? — не понял танк.

— Потому что от неё за километр веет жадностью и поломанными судьбами. И лично у меня эти груды сокровищ вызывают исключительно противоречивые чувства, так как я уверен, что буквально за каждым из этих предметов стоит кровь, боль и обман. А значит, грабить их — все равно что пытаться натянуть на глобус сову сомнительной морали. Ну или хорошенько посидеть на толчке, а затем получить угрюмый «поцелуй Посейдона». Вроде бы хорошо и полезно, но все равно неприятно. Осадочек, знаете ли.

— Думаю, в плане эпичных метафор ты только что переплюнул самого Гласа. Ибо более дурацкого сравнения я не слышал, — улыбнулся я.

— То ли еще будет.

— Деньги — есть деньги. Не хорошие и не плохие. Вопрос только в том, как ими распоряжаются. Ну и получают, естественно.

— Знаю. Отстань. Кто-то же должен был сумничать? Раз шаман у нас теперь вместо панды.

Усмехнувшись, монах перешагнул через толстенный дверной проем и направился к ближайшему скоплению артефактов, как неожиданно был схвачен Гундахаром за шкирку и отброшен назад. Резко и грубо.

— Эй! Какого хрена⁈ — возмутился толстяк.

—Стой на месте и ничего не трогай. Это еще не всё.

— Да ладно⁈ Снова враги⁈

Генерал не ответил.

Хуже того, в отличие от остальных он выглядел весьма обеспокоенным. Замер как статуя и настороженно смотрел куда-то вдаль, словно хищник. Затем отстегнул плащ и медленно достал из ножен катану с напылением из божественной стали. Оружие, которым он еще ни разу не пользовался. Берег для особого случая.