— Как и я, — кивнул Герман. — Слишком шумно тогда было.

—Значит, я прав, и у игвов слух острее, чем у людей, — усмехнулся Гундахар. —И, наверное, так даже лучше. Ваше неведение сыграло на пользу.

— Согласен. Искусственные эмоции легче выявить, — подтвердил Эстир. — Правда, теперь я боюсь, как бы у меня не начались проблемы с эрекцией. А то уж больно высокая концентрация стресса для одного дня. Как и бултыхающихся у меня в желудке всевозможных веществ.

—Избавь меня от этих тошнотворных подробностей, усатое чучело. И не порть впечатление. Ведь именно сегодня наконец-таки настал тот редкий момент, когда я по-настоящему доволен результатом.

Развернувшись, генерал снова ухватился за ручку и перевесился через край. Бросил взгляд на вереницу засаженных орками плодородных полей, где стараниями друидов уже вовсю колосились молодые побеги пшеницы и кукурузы.

— Черная бочка, передача информации самому себе, манипуляции с чужими карманами… — задумчиво произнес Август. — Честно говоря, я нихрена не понимаю, о чем вы сейчас говорите.

— Я все тебе расскажу. Позже, — ответил я.

* * *

По мере продвижения к южной окраине города напряжение нарастало.

Следуя по прямому маршруту, мы пролетели мимо гигантской плотины и кольца внешней крепостной стены. Пронеслись мимо легендарного Агерона и здания префектуры. Накрыли своей тенью грандиозную стройку и преодолели два водных канала, двигаясь к третьему.

Именно там служители культа Эйслины попросили возвести для нее храм. Некогда помпезную постройку из обсидиана, что по какой-то причине теперь напоминала курган. Насыпь из обломков крыши и стен, от основания которой по земле стелилась черная, растянувшаяся на сотни метров дымящаяся линия.

Казалось, что в момент «пробуждения» богиня ударила по святилищу изнутри. И не только раздолбала свою резиденцию, но и пустила испепеляющую энергетическую волну, что словно плазменный резак пробила улицу наискосок. Превратила пару десятков зданий в обожженные треугольники, начисто спалила рыночную площадь и, устремившись дальше, отправила на перерождение ни о чем не подозревающего Палефата. Здоровенную черепаху, чей опаленный панцирь хорошо было видно за километры.

Видимо бедолага снова огреб на пустом месте. Ползал неподалеку от рынка, выклянчивая халявную жрачку, и тупо попался под горячую руку. Которая, судя по всему, либо успокоилась, либо временно затаилась. О чем свидетельствовало то, что ни грохота, ни звуков сражения слышно не было.

Более того, мы не увидели на улицах признаков паники. Как и удирающие без оглядки толпы людей.