Любопытно, но за сегодняшний день это был уже второй раз, когда я ее увидел. В первый раз я наткнулся на нее в лесу, когда, проснувшись на рассвете, отправился к океану устанавливать береговые укрепления и размещать ежей вдоль всей прибрежной линии. На мой вопрос, почему она бродит в одиночестве посреди реликтовой чащи, Тэя лишь хитро улыбнулась и стрельнула взглядом в сторону едва различимого силуэта, пытающегося мимикрировать под сосну.

На этом мое волнение за нее сошло на нет. И, материализовав на ближайшем пне бутылку лимонада с корзинкой пирожных, я направился дальше. Развеселенный столь нелепым поведением Гундахара и его отчаянной попыткой спрятаться.

Далее, покончив с берегом, я сходил на склад, где под присмотром Краска избавился практически от всего награбленного, после чего переместился в здание префекта. Принял группу наг во главе со Смотрителем, что, как и обещали, передали мне рецепт «Божественной Литургии», и, спустя минут сорок, встретил делегацию из Галереи Павших. Ниама — высокого «Франкенштейна» с квадратной челюстью и пустым взглядом, и Хорсу — сгорбленного мертвеца, всем своим видом напоминающего хищную гарпию, которые предпочли получить сто миллионов налом. Молча пришли, молча взяли золото и молча ушли, тем самым дав мне понять, что конфликт исчерпан.

Это меня успокоило. Хотя, конечно, пробудившиеся во мне нотки алчности настойчиво твердили, что это бред. Расплачиваться баснословным состоянием за то, что осколки взрыва повредили саркофаг и разбудили Кайна. Древнюю мумию из династии фараонов и главу второго по величине клана Элирма.

Но, как бы то ни было, условия выполнены. Будем надеяться, что данная сделка послужит своего рода дипломатическим мостом и станет началом нашего долгого и плодотворного сотрудничества. Или на худой конец исключит вариант вражды, что в нынешних обстоятельствах было бы крайне нежелательно. Все-таки Галерея Павших была грозной силой, способной заставить нервничать самого Эрдамона Белара. И если старый урод их боялся, то значит, и нам следовало проявить максимальную осторожность.

Откинувшись на спинку кресла и отхлебнув остывший кофе, я бросил взгляд на гуляющие по второстепенному экрану новостные сводки. «Ограбление века!», «Ген безумия», «Эо О’Вайоми — террорист?» — примерно такие заголовки периодически сменяли друг друга, раз за разом смакуя события вчерашнего дня и заставляя меня испытывать все нарастающее раздражение. Во многом благодаря тому, что каждая новая статья обрастала все более абсурдными деталями, наглядно демонстрирующими принцип действия испорченного телефона.