— Буду должен.

— Будешь… ты мне скажи, куда ты вчера ездил? Соня новости не смотрит?

— Нет.

— А вчера два склада сгорели. Да хорошо так полыхнуло, и никто не понимает, почему. Пока все сваливают на технику безопасности, но Кучеровым теперь весело придется. И штрафов на них будет, и товар возмещать, и на эту земельку кое-кто зубы точит, раньше-то не получалось у человека, а сейчас Сене денежка нужна будет, вот и откусят у него кусочек дела.

Евгений только порадовался за себя, и за Соню. Умный он! И рассчитал все правильно!

— Живи пока спокойно, постараюсь узнать хоть что. Я-то сама силушкой не одарена, получилось так, но и другие есть. Я только видеть могу, а они и делают.

Евгений закивал головой.

Нина Ивановна машинально погладила его между ушами…

— Ох, прости. Да, вот еще тебе на заметку. Если будешь слишком много воли давать зверю, так можешь им и взаправду стать. Инстинкты прижимай, сырое мясо не жри, или чего там еще енотовая душа требует, понял?

Евгений кивнул.

Знал он про такую опасность. Именно поэтому старался не есть ничего сырого, именно поэтому подражал, где мог, людям. Выглядело это мило и забавно, Марта была в восторге.

— Знаешь. И потом может проявиться. У тебя может второй облик остаться, а могут и дети — двуликие родиться.

И снова — кивок. Об этом Евгений тоже знал.

— Ладно. Помаленьку и справимся, а что с тебя запросить, я подумаю. Вроде как все у меня есть, просто интересно, как там, в других мирах, живут. Но это потом, если сможем твою проблемку решить, а пока, енот Женя, держи хвост пистолетом и Соньку не обижай. Понял? Ее и так жизнь обидела.

Евгений послушно кивнул головой. Это он может пообещать спокойно.

Что еще будет впереди — он не знает. Но постарается и помочь Соне, и отблагодарить ее. Насмотрелся он на этот мир! Если бы его не подобрали в первый же вечер, ему бы уже енот пришел. Полный.

Так что…

Е. Н. Отт мог быть каким угодно. Злым, жестоким, высокомерным, надменным и просто сволочью. Но вот неблагодарным он не был никогда.

* * *

Когда в парикмахерскую вошла девушка лет двадцати — двадцати двух, Соня и Инна переглянулись.

У обеих был один и тот же вопрос.

И что эта фифа здесь делает?

Вот не водятся такие девушки в дешевых парикмахерских! И об этом скромно так намекает розовый «Порш Кайен», припаркованный на газоне.

Такие девушки делят свое время между бутиками, салонами, и… а чем они еще занимаются? Наверное, у них много важных дел. Соне и Инне такое было просто недоступно.

Девушка упала в кресло, откинула назад копну блестящих белокурых волос, и воззрилась на Соню.