Вот бьющий в небеса луч словно сменил направление, всосав всю разлитую по небесам силу. Перед входом в храм туман воплотился в огромную четырехрукую нагу.

— Вот это сиськи! — ахнул кто-то за спиной. Судя по голосу, Ноунейм, он же Ахуля и прочее.

Как мало нужно людям для счастья. Хотя, хтонические божества они такие — если бедра, то способные родить целую расу, если хер, то такой чтоб дракона с одного удара прихлопнуть. Блин, не о том думаешь, неистовый служитель культа! Надеюсь, заготовка сработает. Энергии храма накоплено немалое количество, а уж с появлением статуи… Да и дружба с высшими иерархами церкви несет немало бонусов. Например, доступ в закрытые секции библиотеки, где можно найти не только описания падших богов. Должно сработать, потому что иначе мы против воплощенного божества просто не выстоим. Краем сознания отмечаю, как зашевелились маги и жрецы гномов, потом резким движением втыкаю копье в плиты пола и опускаюсь на одно колено, вызывая в памяти молитву Воплощения.

Санария с интересом разглядывала многорукое чудовище. Даже взгляд магистра сообщал только, что это божественное воплощение, и ни уровня, ни навыков, ни резистов. Да даже лайфбар не отображался. Вот опустился на одно колено лидер клана, и окутавший его свет воплотился в фигуру серафима, не уступающего размером фиолетовой наге. Ударило молнией копье, но богиня змей сумела избежать удара и даже атаковала сама. Вспышка от столкновения кривого меча с ангельским крылом на секунду ослепила. Санария резко вдохнула — словно холодный ветер побежал по венам вместо крови. Такое уже было. Всего один раз. В Эльгоре, несколько лет назад.

— Тар гуади аве драко! — разнеслось на всю пещеру. Кто-то, кажется, Кимико, затянул «Дорийскую сталь», тут же подхваченную несколькими голосами. Рядом Марракеш упоенно отбивал ритм на огромном барабане, вместо палочек используя боевые топоры.

— Ну вот такой я бард! — хищно улыбнулся бешенный гном, но Санария его уже не слышала.

Гуляющий по венам ветер вымораживал организм, зато мозг превратился в один четкий и прозрачный кристалл.

— Кими, скинь текст! — голос воеводы искажался, словно в замедленном времени, — петь всем!

Зрение изменилось, показывая соткавшуюся перед рейдом фигуру огромного красного воина в броне легионера, что тут же вступил в бой. Сморгнув, Санария смогла разглядеть нити формирующегося эгрегора, что подпитывал сущность энергией. Перевела взгляд на Монквара, чуть не ослепнув от падающего с неба столба света, что проходя через тело монаха, бил в серафима. Вот только девушка разглядела и еще одну тонкую нить, уходящую куда-то вниз. Попыталась сосредоточиться на ней, но картинка стала расплываться. На месте коленопреклонного епископа то и дело мерещился рыцарь в тяжелой броне и странном островерхнем шлеме. Судя по щиту и копью, явный танк. Видение то возникало, то распадалось, но служительница бога знаний не привыкла отступать. Волевое усилие и картинка распадается. Свет превращается в поток цифр и значений. Скользнув дальше, сознание проваливается в иную реальность, где три сверхмощных кластера просчитывают миллиарды параметров, рождая и сворачивая миллионы линий вероятности, просчитывая все нюансы и совместно выбирая оптимальный вариант развития событий. Голова взрывается болью и видение меркнет.