— Да, почти. Там очень много устоявшихся канонов, так что развернуться не получится. Впрочем, так даже интереснее. Ограничения рождают искусство, как говорил мой наставник в университете.

С указанными людьми, как и обещал, переговорил, концепцию божественных чудес объяснил, от Ису на какое-то время отвадил, сославшись на заказ от Совета Иерархов (от Ольгерта, на самом деле, но он реально в совет входит). Вроде и запас по количеству неофитов есть (специально под японских добытчиков держим), а все же зреет в душе ощущение, что с поднятием уровня клана стоит поспешить. И лучше бы успеть до официального открытия японского проекта.

Храм построили примерно за месяц. Часть материалов пришлось докупать, работники тоже были наемные, но вот все статуи делал лично Ичиро. Я, по заведенной традиции, помогал и в строительстве и в отделке. Не то, чтобы я хотел получить какую-нибудь пафосную ачивку вроде «Строителя Храмов», просто так правильно. И вот храм готов. На открытие пришли местные уважаемые люди, весь совет клана, да и рядовых членов немало. В конце концов, храм построен силами нашего клана, все чувствуют некоторую сопричастность. Кто материалы заготавливал, кто с перевозкой помогал, кто деньгами скидывался.

Гюнтер кивает, и первой я освящаю статую Элайи. Виски привычно сжимает болью, но я действительно чувствую, как меняется мир. Теперь это не просто кусок камня, а часть богини. Гюнтер вкладывает в руки статуи Гуаньди выкованную нашими кузнецами алебарду и произносит молитву. Картер щелчком пальцев зажигает священный огонь на алтаре Вельса.

— Что? — Удивляется Санария, почувствовав наши взгляды, — я не святая! Впрочем, я видела, как это делается, могу попробовать.

Слепая девушка действительно возложила руки на алтарь и, кажется, что-то сделала. Даже у меня в глазах потемнело, хотя богиня вроде как ушла. Санария же корчилась в судорогах на полу, воя на одной пронзительной ноте. Из ушей и из-под повязки течет кровь. К девушке тут же подлетела Кнопка, села сверху, фиксируя руки, обняла голову, не давая разбить ее о каменный пол и вливая одно лечение за другим. Через некоторое время все прекратилось.

— Если у меня опять что-то в капсуле сгорело, я из «Виртекса» душу выну, — пробормотала пришедшая в себя девушка.

— У тебя мозги, похоже, сгорели, — огрызнулась Кнопка, вставая.

— Почти, моя дорогая, почти… — задумчиво пробормотала Санария, — это было близко. Спасибо милая. Глава, у тебя всегда так?

Отрицательно качаю головой. Так меня давно не плющило.

— Ну, может быть, привыкну… — сама Сана, похоже, вообще не расстроилась, — и ведь получилось же, что самое интересное! Но ну их нафиг такие эксперименты. Хотя бы в ближайшее время.