Глава 7 Дезинфекция
Александр Извольский. Игрок Терять мне уже было нечего. Покорно сидеть и ждать, пока меня начнут убивать, я не собирался. Поэтому поднялся со шконки и занял позицию в центре прохода. Братья были слишком массивными и подходить могли только по одному, что давало мне хоть какие-то преимущества. Если, конечно, можно рассчитывать на преимущества в противостоянии с бульдозером или асфальтовым катком. — Не меня ли ищете? — поинтересовался я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Сами-то вы кто такие будете? — в конце концов, Игрок я или не игрок. Блефовать я умел и, как всегда, совсем блефом это не было, шансы, хоть и плохонькие, но имелись. Ожившие каменные истуканы молча смотрели на меня, и вдруг один из них улыбнулся. Зрелище, надо сказать, было устрашающим. Как будто каменную глыбу лица, внезапно расколола трещина рта. — Да не напрягайтесь Вы так, Александр Игоревич. Свои. От Китайца, — тоже улыбнувшись, произнёс второй громила. Сука! Чуть не обоссался от страха. Разве можно так пугать людей. — Идите к нам Александр Игоревич, сейчас наведём тут порядок, — произнёс один из братьев. И когда я подошёл, поинтересовался: — Как Вы тут? — Нормально, — коротко, сообщил я. Один из братьев перевёл взгляд на блатных, сидевших за столом напротив смотрящего, и приказал: — Ну-ка, сдристнули отсюда, освободили места! Тех, как ветром сдуло. — Присаживайтесь, Александр Игоревич, — предложил Рамиль. — Смотрящий нас чайком угостит. Угостишь ведь⁈ — угрожающе повернулся он к Цыпе. — Да без вопросов. Присаживайтесь, — подобострастно подтвердил тот. — Только чай давай, а не чифирь. Не хватало ещё сердце гробить, — проворчал второй из братьев. И мы втроём уселись за стол напротив смотрящего, а его пристяжь стала шустро раскладывать на столе продукты и заваривать чай. Ночевал я уже в блатном углу. На душе немного полегчало, оттого что про меня не забыли, и скорая смерть от руки соседей по камере мне, похоже, не грозит. Но опасность усилиями ментов предстать в ореоле мученика, не выдержавшего мук совести и свёдшего счёты с жизнью, пока не миновала. Тем более, если они кинутся заметать следы. Вот только против ментов я и предпринять-то ничего толком не мог. Оставалось только надеться на Китайца и генерала. * * * Дмитрий Маслов. Китаец Сказать, что я был зол, значило ничего не сказать. Или значительно преуменьшить то состояние, в котором я находился. Я тут, можно сказать, мир спасаю, а в это время мне наносят удар ниже пейджера. В первые часы после ареста моего компаньона, я даже понять