Однако мои резкие слова раззадорили её только сильнее.

— ТЫ ЗАБЫЛ СВОЁ МЕСТО, СМЕРТНИК? ТЫ КЕМ СЕБЯ ВОЗОМНИЛ⁈ — прошипела та, сквозь зубы, угрожающе приближаясь ко мне. — Я лично запретила кого-либо сюда впускать.

— Я уже не смертник, а лейтенант Ксанта… уважаемая госпожа, — с сочащимся холодом изрёк я. — Вы об этом в курсе. Да, я простолюдин. Да, я грязь у тебя под ногами. Но не по своей воле я был направлен в ваш дом! Не по своей воле я нахожусь здесь! Не для того я грыз земли в коллизии, чтобы выслушивать ущербные лекции от двух безмозглых охранников мостика. Надеюсь, ты не забыла, что всё происходящее приказ Нефрита Ксанта. Если так желаешь, то, как только увижу лорда Хаззака, то попрошу его лично направить меня в другой дом. Даже будь это младший. Теперь слово за тобой!

Не знаю, что её напрягло больше, прозвучавшая правда, слова о Нефрите, либо же предшествующая просьба к её папаше, но на глазах та взяла себя в руки и через мгновенье остановилась в паре метров от меня.

— Что тебе нужно? Говори!

— Не здесь, а наедине, — спокойно проговорил я, загоняя Гамму за поясницу обратно в ножны.

В глазах у дочери Дэймона вновь вспыхнуло пламя гнева, но тяжело выдохнув, та резко кивнула головой в сторону.

— Иди за мной!

— Госпожа, это рискованно! — вдруг отозвался обеспокоенный голос одного из одарённых рядом. — Он ведь…

— Молчать! Или вы считаете, что я не справлюсь с одним безранговым?

— Как прикажете, госпожа, — поклонился ей тот самый маг.

Через минуту мы находились в капитанской каюте, которая располагалась рядом с мостиком и стоило дверям захлопнутся, как она живо обернулась ко мне лицом и резко попыталась прижать к стенке. В последний миг удалось перехватить её руку и вновь заглянуть этой бабище в стервозные глаза, но та словно не заметила такого выверта и усилила натиск, отчего дверь за моей спиной от такого давления начала жалобно скрипеть.

— Еще раз посмеешь заговорить со мной в таком тоне, — выдохнула она мне в лицо, ослабляя свою хватку, — и я тебя прикончу! Сейчас от гибели тебя спасает интерес отца и любопытство уважаемой госпожи Ксанта. Говори, зачем ты хотел меня видеть?

Надо же, так она уже на ранге сокрушителя. Неужели в папашу пошла?

Вместо каких-либо я слов, я отошел в сторону и спиной находясь к девушке, стал неспешно снимать с себя верхнюю одежду.

— Ты что творишь, смертник? Что за вульгарщину решил здесь устроить? Оденься! Паршивец, да я тебя…

Однако договорить своё ругательство до конца она не успела и моментально осеклась. В этот самый миг у неё на глазах я уже освободился от футболки и начал медленно избавляться от черных лоскутов на левой руке, которые играли роль защитных бинтов.