— Я… я буду молчать, госпожа Фьётра, — обескураженно шепнула голубокровная. — Но не из-за того, что вы пообещали, а из-за того, что уважаю вас и ваше решение. Однако я до сих пор считаю, что вы совершили глупость. Кто вы, а кто он? Как вы могли…

Ну всё, дрянь, с меня хватит. Ты сама напросилась!

— Если хочешь жить, мелкая сучка, то…Захлопни! Свою! Пасть! — поддавшись неистовству, рявкнул разъяренно я, переходя на архаику. —Еще хоть слово и ты сдохнешь!

Не знаю почему, но влитая в язык знатных мощь неистовства заставила Элейну вновь захрипеть и в прямом смысле та превратилась в затравленную собачонку у моих ног, а её взор в этот самый миг выражал только страх, ужас и неверие. От наплыва всех этих чувств девка просто отключилась.

«Туда ей и дорога! — злорадно выпалила Альяна. —Пусть знает своё жалкое место».

Даже Фьётра содрогнулась от влияния силы архаики. Ноги её подкосились, из носа хлынула кровь, а глаза валькирии замерцали от волн трепета, но я подхватил её вновь на руки, чтобы та ненароком не упала.

— Прости меня, — растеряно пробормотал я, не ожидав такого эффекта. — Я… я не хотел.

— Что… что ты сейчас сделал, Ранкар? — в полном смятении прошептала валькирия громовых клинков, будто видела меня впервые. — Откуда тебе известен язык знатных⁈

— Ты обо всём узнаешь, но не сейчас. Я ни за что тебя не предам и никогда не брошу. Верь мне, Дурёха.

— Я верю тебе, любимый, и больше не стану задавать вопросов, — огорошено выдавила из себя воительница, а затем крепче прижалась к груди. — Однако ты… ты не перестаешь меня удивлять.

— Когда придет час, я всё расскажу, а теперь давай приведем в порядок эту дуру. Боюсь, данная ночь беспардонно испорчена…

* * *

При помощи эликсиров и зелий Фьётра не только умудрилась привести в полный порядок Элейну, но и полностью залечила рану, которую я нанёс спатой. Само собой не обошлось и без вмешательства Руны, но это уже оказалось не так важно.

За всеми манипуляциями валькирии я наблюдал сидя в кресле. Честно признаться вся ситуация мне абсолютно не нравилась, но ради Дурёхи я готов рискнуть. Ведь она ради меня рискнула всем, что у неё есть сейчас.

Пребывая в собственных мыслях, я не заметил, как валькирия полностью закончила с исцелением и неуловимо перекочевала ко мне на колени и с удобством устроила свою голову на моей груди. Прикрыв глаза, мы так и сидели, размышляя каждый о своём.

— Ты действительно пробудился, когда сражался с Верховной? — тихо вопросила та, не разлепляя век.

— Так уж вышло, — пожал я плечами. — Правда, схваткой подобное не назовешь. Аншира надрала мне зад и изувечила как шелудивого пса. Я чуть не подох. Однако пришла она за наставником и моей тёткой. Хотя мне всё-таки удалось её ранить.