— ЧТО⁈ ТЫ СКАЗАЛ РАНКАР ХАЗЗАК⁈ — завопила свирепо та, не веря собственным ушам. — МЕЛКИЙ ВЫКОРМЫШ ИЗУВЕРА СЕЙЧАС НАХОДИТСЯ В ВАНФЕЕ?..
* * *
— ДАМЫ И ГОСПОДА…
Честно признать вопли голубокровного за это время изрядно наскучили.
— ДЕНЬ, КОТОРЫЙ ВЫ ТАК ЖДАЛИ НАСТАЛ! — зазвучал надрывный голос Ликса, который фонтанировал энергией и бодростью. — ИМЕННО СЕГОДНЯ РЕШИТСЯ СУДЬБА ОТБОРА! ИМЕННО СЕГОДНЯ МЫ УЗНАЕМ ИМЕНА ТЕХ, КТО УДОСТОИТСЯ ПОПАСТЬ В РЕЙТИНГ НЕУКРОТИМЫХ! ИМЕННО СЕГОДНЯ ВОЗНИКНУТ ДВА ПОБЕДИТЕЛЯ, КОТОРЫЕ СХЛЕСТНУТСЯ МЕЖДУ СОБОЙ! Я ОБЪЯВЛЯЮ ОТКРЫТИЕ ТРЕТЬЕГО И ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ДНЯ! ПОПРОШУ ЯВИТЬСЯ НАШЕМУ СУДЬЕ НА РИСТАЛИЩЕ!
На миг возникла пауза, над центральной площадью пронеслась волна гомона и криков, а секунду спустя вновь зазвучал голос голубокровного:
— ПЕРВЫЙ БОЙ! ТАРГРИМ ИЗ ПОБОЧНОЙ ВЕТВИ ВЕРХОВНОГО КЛАНА ХЕЛЬХЕЙМ ПРОТИВ ЭЛЕЙНЫ ИЗ ПООБОЧНОЙ ВЕТВИ ВЕРХОВНОГО КЛАНА АЛЬВХЕЙМ.
Минута славы Мотылька вновь начинается…
Протест молчал, но предчувствие имелось гадкое. Настолько гадкое, что приторное спокойствие малость пугало и было не по себе от происходящего. Если всё пройдет гладко, то уже завтра я буду в Мергаре, но мерзкий осадок не давал покоя. До меня дошли слухи, что голубокровные Северного пантеона не находили себе места из-за моей вчерашней выходки. Львиная доля аристократов полыхала праведным гневом, но, увы, на этом всё и заканчивалось. Что-либо предпринять им не позволили. Любые поползновения к моей персоне пресекались валькириями, а пьедестал мудозвона Гуннара сегодня пустовал.
Ко всему прочему даже стервозина Кайса не беспокоила, а это уже говорило о многом. Либо девка была страшно занята, либо горгона разгребала возникший вокруг меня бедлам, но если Натан не лгал, то с момента своего появления в Ванфеи дочь Данакта провела множество встреч с голубокровными из различных верховных кланов.
— Ранкар…
Время текло медленно. Впрочем, мыслями я то и дело возвращался к вчерашней стычке со слугой. Руна сильно перенапряглась.
— Ранкар…
Спата использовала могущественный навык, который потребил слишком много сил с выносливостью и сейчас она находилась в ослабленном состоянии. Альяна рискнула ради меня и такой поворот совсем не радовал.
— Ранкар…
Я прекрасно осознавал, что иначе спата не может, ведь такова её суть, но внутренности по-прежнему грыз предательский червь самых разных сомнений.
— Ранкар…
Да чтоб тебе пусто стало! Какого причиндала заладил?
— ЧЕГО ТЕБЕ⁈ — всплыл недовольно я, глядя на Рамас, попутно с этим вскакивая на ноги.
Впрочем, ответ явился сам по себе, ведь к этому моменту времени все взгляды в чертоге были обращены на меня, а Тэйн весьма красноречиво указал на проекцию пальцем. Имя Мотылька мерцало ярким светом, имечко же её противника из Хельхейма погасло, а публика над всей центральной площадью скандировало всего одно слово.