Весь путь от кристальных равнин до предместий Лавалара занял около суток. Правда, тащились мы дольше обычного из-за моей прихоти. Требовалось узнать как можно больше полезной информации от Грамара. С места в карьер я прыгаю лишь по причине своей скверной природы, которую не могу до конца контролировать. Да и в собственных резервах необходимо разобраться как можно тщательнее.

В общем и целом, с тех пор, как кое-кто стал обладателем сердца Опустошителя, утраченные источники так и не вернулись, но меня радовал тот факт, что за сутки не случилось ничего непоправимого. Я искренне боялся, что эта дрянь начнет жрать резервы дальше, но слава Ярвиру всё обошлось. Вероятнее всего, такая радикальная акция оказалась разовой по причине моей скоропостижной гибели. Руна тоже чувствовала себя превосходно. К собственному удивлению, замечательно чувствовал себя и я. Впервые за долгое время эмоции не доставляли какого-либо беспокойства. По неизвестной причине исчезли вспышки неконтролируемого гнева и агрессии, затих шепот, а голод не терзал так рьяно. Ранее за день приходилось дважды, а то и трижды использовать подавление, а вот сейчас этого не требовалось.

Такие метаморфозы наводили на определенные мысли. В глубине души я был малость рад такому исходу, но меня пугала будущая цена за такое спокойствие. Ведь момент расплаты рано или поздно настанет. Как ни странно, но главенствующая колонна вновь вернулась к своему прежнему состоянию. Не имелось и намёка на Пустоту. В какой-то мере с её появлением стало легче жить. Складывалось впечатление, что внутри нечто пришло к хрупкому балансу. Безразличная и бесстрастная Пустота словно сравнялась с яростным и гневливым Неистовством.

«Скорее всего, так и есть, — задумчиво подтвердила Руна, подслушивая мои мысли. —Никогда не думала, что так скажу, но… Нет худа без добра» .

Возможно, ты и права, но цена, малышка! Мы не знаем цену такого «добра». Да и с добрыми делами я зарёкся. Не выходит, как-то…

Был ли это новый виток моей эволюции я не знал, да и не понимал, но честно признаться я никогда не испытывал такого облегчения и умиротворения. Причем такое моё состояние отразилось и на Рамасе. Скорее всего, парни, да и сам тифлинг настолько привыкли к заскокам пилигрима, что спокойный Ранкар казался им подозрительным.

Правда, характер мой остался всё таким же склочным и непостоянным.

— Со мной всё в порядке. Хватит таращиться и лучше не зли меня, — пригрозил я тому кулаком, когда взгляды Рама стало невозможно терпеть. — Возникли кое-какие изменения, и я к ним привыкаю.