«Младшенький , — вновь загадочно повторила Истра будто видела иную подоплёку в словах иномирца. —Младшенький …»

Тем не менее, слишком долго пребывать в раздумья мне не позволили. Не успел я войти в ложу, как раздался радостный визг Сиана, и та мёртвым грузом повисла у меня на шее, а Кайса в это время крепко сцапала меня щеки.

— Я не знаю, как ты этого добился, но ты… лучший! — выдохнула мне в лицо горгона.

— Ты молодец, Ранкар! — весело надрывалась феникс. — Молодец!

— Я ровным счетом ничего не сделал, — сухо отозвался я, выпутываясь из рук Кайсы и пытаясь отцепить от себя Неугасаемую. — Да хорош уже вам! ХОРОШ!

— Ты понимаешь, что уже вошел в шестьдесят четыре лучших бойца молодого поколения, — выпалила довольно Сиана. — Для огромного числа разумных это недостижимая мечта.

— Рано радуетесь, — спокойно отметил я, возвращаясь обратно в кресло. — Сегодня будет еще один бой.

— Ты и сам прекрасно понимаешь, что сэтим противником у тебя вряд ли возникнут проблемы, — кровожадно заметила Нефрит, глядя на проекцию.

Как ни крути, но подобное замечание оказалось весьма кстати. Взор мой устремился прямиком в небо, где находилась проекция, а на губах произвольного заиграла интригующая улыбка, которая преобразилась в довольный оскал. За секунду мой настрой передался окружающим.

«Развлечемся, мой разоритель?» , — с хищной улыбкой осведомилась Истра.

Если только немного, малышка. Ведь подобное слегка тревожит. Зачем Фрея решила стравить меня с ним?..

* * *

Край Соприкосновения.

Арена Соприкосновения.

Ложа иномирных делегатов.

За Таром Лазаревым все наблюдали в гробовой тишине. Даже извечно энергичная Лика казалась малость потерянной, но на лице у девушки блуждала чарующая улыбка. Однако молчание оборвал нежный голос Прасковьи Лазаревой.

— Я так горжусь тобой, сынок, — тихо заключила княгиня, целуя смущенного юношу в щеку. — Ты поступил верно.

— Тар, мой дорогой, ты стольким пожертвовал. Я знаю как для было важно проявить себя… — печально заговорила Бездна, поглаживая парня по волосам, но улыбка парня заставила женщину осечься.

— Всё в порядке, мама Инарэ, — чуть шире улыбнулся тот. — В моей душе нет сожалений. Скажу больше… Я рад, что поступил именно таким образом. Возможно, если нам повезет, то Влад станет ближе к нам.

— Ох, мой милый, — вдруг расчувствовалась Бездна и следуя примеру его родной матери, поцеловала его в другую щеку. — Ты не должен был. Ведь ты ни в чем не виноват.

— Я его брат… — твердо произнес Тар, дрогнувшим голосом. — Я Лазарев и он Лазарев. Просто этого еще не знает. Отец всегда говорил, что семья самое важное и ценное в нашей жизни. Кажется… кажется я начинаю понимать, о чем он твердил, — дрогнувшим голосом заключил юноша.