Внезапно инфериец оглянулся по сторонам и медленно выпрямившись, ощутил вокруг ауры, которые мало в чем уступали его ауре. Причем подобное ощутил не только он, но и Мелисандра.

— О! Надо же! Нас встречают коллеги? — довольно крякнул владыка Жестокости, обнажая весело клыкастые зубы. — Или у вас праздник какой, ребята? — обратился тот к нахмурившимся архидемонам. — В нашу честь, надеюсь? Неужели среди вас есть пророки? Стоп! Погодите-ка… А чем это так смердит? Несет будто из выгребной ямы… — не унимался плаксиво мужчина, то и дело морщась, а после весьма демонстративным образом принюхался и повёл головой в сторону, где и увидел причину вони. — А-а-а-а-а! Вспомнил, это же кровь и потроха демонов. Как только умудрился забыть и…

Ас-Ннай вновь осёкся. И снова не по своей воле. Голос, что принадлежал черноволосому юноше. Юноше, которой во многом походил на Инарэ и Зеантара. Именно его голос заставил мужчину невольно притихнуть, ведь столько гнева, злобы и ненависти в человеческом тоне он не слышал очень и очень давно.

— Что. Ты. Здесь. Забыла⁈ Катись. Туда. Откуда. Притащилась.

Зиул Ас-Ннай знал, что будет тяжело. Однако он до конца не мог представить масштаб подобной тяжести…

* * *

— Что. Ты. Здесь. Забыла⁈ — обозлённо прошипел я, чеканя каждое слово. — Катись. Туда. Откуда. Притащилась…

Пелена гнева и ярости самопроизвольно застала взгляд. Я до конца не мог поверить в то, что прямо сейчас видел перед собой, но это была именноОНА . Та, кто меня породила. Та, кто дала мне жизнь.

Руна хоть и находилась позади меня, но её голос звучал именно в моей голове.

«Мой разоритель, держи себя в руках , — переполошилась не на шутку Истра. —Не наделай глупостей. Вспомни о том, что я говорила. Если бы они желали тебе зла, то не пришли бы тогда и не пришли бы сейчас. Ты не чудовище и не монстр! Ты… ты просто Ранкар» !

Я считал, что в такой момент Опустошитель будет разжигать мою ненависть, отчего станет только хуже, но зловредный ублюдок… молчал. Шепот исчез, а слова Альяны ослабили всепожирающую пелену ярости и гнева.

Сам не понимая как, но я стал медленно отступать назад. Сейчас хотелось быть как можно дальше от…этой . Я держался из последних сил, чтобы не прикончитьеё . Не потому, что не хотел, а потому как не желал марать руки об…это . Истра права — я не чудовище. Не то чудовище, котороеони породили.

— Я… я… хочу поговорить с тобой, — слабым голосом заговорилаона , придерживаясь за руку сопроводительницы. — У меня… есть новости для тебя. Нам… нам нет прощения, сынок…

Сынок .

Мерзкое слово. Отвратительно мерзкое слово. Тошнотворное слово, от которого меня чуть не вывернуло наизнанку. Слово, которое опалило разум и материализовало мою злобу в реальном мире.