Са
м…
вин
оват…
—Захлопни …кха-кха …пасть … — вслух прокашлял я.
Игнорируя надменный гогот, я попытался дотянутся рукой до ближайшего стихийного кристалла, помещенного в одну из техномагических капельниц, дабы сожрать заключенную в нём энергию, но до жути исхудавшие руки отказывались подчиняться, а костлявые пальцы страшно дрожали.
Хохот же Опустошителя становился более едким и колким.
Разм
азня…
и
…
тря
пка…
Знал бы кто, каких усилий мне стоило пошевелить рукой, но, увы, вместо желанного стихийного кристалла я вновь получил порцию ядовитого хохота от Опустошителя:
Жал
кий…
сла
бак…
Продо
лжай…
корч
иться…
Так
ова…
тв
оя…
нагр
ада…
з
а…
ваш
…
тошно
творный…
доброд
етель…
Последнее слово он практически выплюнул словно считал его оскорблением. Однако помощь пришла откуда не ждали. На пару секунд полумрак комнаты развеялся и дверь беззвучно отворилась, а испуганный девичий вопль внезапно слился с радостным возгласом Руны.
— НЕУЖЕЛИ…
—Во имя Древних!
На удивление материализация Альяны проходила медленно, но вот панический пронзительный вскрик напугал, озадачил и невольно оглушил.
— КНЯГИНИ… КНЯГИНЯ ВИКТОРИЯ! КНЯЖНА ЛИКА! ГОСПОДИН… ЮНЫЙ ГОСПОДИН ПРИШЕЛ В СЕБЯ! ОН…ОН ЖИВ!
Что за бред? Что за глупая бабища⁈ Кого она посмела назватьюным господином ?
Не успел я взглянуть в её направлении, как крикливая девица тотчас исчезла за дверями, но материализация спаты подошла к своему финалу и призрачный силуэт Истры тотчас бросился ко мне.
—Как ты, мой разоритель? — взволновано прошептал девушка с грустной улыбкой, присаживаясь рядом и с нежностью проводя пальцами по моему вспотевшему лбу. —Как ты себя чувствуешь?
— Бывало и… лучше, — хриплым и отрывистым тоном рассмеялся я, тяжело дыша. — Жалко выгляжу, да?
—В моих глазах ты никогда не выглядел более стойко и отважно, чем сейчас , — заботливо обронила Альяна, целуя меня в лоб. —Ты совершил подвиг. Ты пошел против своей разрушительной сути. Ты не поддался искушению. Ты не убил. Ты спас. Да, мы оба убийцы, Ранкар. Два сапога — пара. Я убивала сколько себя помню, ведь я создана быть орудием убийства. Но в том и загвоздка. В убийстве нет ничего сложного. Начать убивать может любой глупец, однако спасать… – спата грустно покачала головой и вновь одарила меня нежным поцелуем. — Спасать могут единицы.
Иди
от…
и
…
иди
отка…
Я всегда изумлялся подобному. Всегда изумлялся тому, как быстро её слова могли достучаться до моего сердца. Вся суть Истры действительно оказалась заключена в убийстве, ведь она являлась могущественным оружием уничтожения. Но так ли это было на самом деле? Таковым ли было её истинное предназначение? С некоторых пор я стал сомневаться в этом. Боюсь, её существование покрыто более загадочной тайной, чем моё собственное.