Обереги один за другим занимали троны и под конец на ногах остались лишь четверо — троица иномирцев и правительница Фронтира. Богиня Справедливости уже намеревалась отдать храмовникам приказ, но Хранитель Земли, который понял её посыл без слов, холодно заключил:

— Постою… Я всё-таки смертный. Да и кто я такой, чтобы сидеть в присутствии богов, не так ли? — колко бросил Лазарев нахмурившемуся богу Войны.

В ответ Арес недовольно поморщился, но под суровым взором Темиды смолчал и с недовольством откинулся на спинку трона.

После случившегося о былом взаимопонимании между иномирцами и Аххеским пантеоном можно было забыть. Это осознавали не только иномирцы, но и другие обереги. В иной ситуации подобным могли воспользоваться все без исключения божества, ведь союз с Землей открывал воистину грандиозные перспективы для Вечного Ристалища и сулил колоссальным развитием, но теперь на игровой доске возникла одна неучтенная и опасная переменная по имени Ранкар Безродный.

Да, наследник Пятой Династии весьма неприятный фактор и оберегам придётся расхлёбывать кашу, которую заварил малец. Особенно после всего, что тот устроил и огласил на глазах у смертных. Но не надо забывать, что он ранен и ослаб. Он один и в бегах. Он является не тем истинным Вечным, с которыми обереги сражались несколько тысячелетий назад. Сейчас он всего-навсего затравленный и озлобленный на весь мир юнец с очень опасным оружием в руках. Впрочем, устранить и загнать его в угол достаточно просто — это понимали все божества, ведь под их контролем находилась вся Альбарра, а виновник их бед не мог уйти слишком далеко. Однако на пути у Вечного Ристалища возникла серьёзная преграда. Преграда по имени Зеантар-Захар Лазарев. Преграда с сильным мирозданием за спиной, с двумя дружескими Хранителями за плечами и бесчисленной армией. Именно он ныне представлял наиопаснейшую и глобальную угрозу. Именно он являлся главной проблемой.

— Если никто не возражает, то позвольте начать мне? — подала голос богиня Справедливости и выразив тем самым своё уважение к окружающим, соскользнула с собственного престола и вновь окинула всех присутствующих взором. — Что ж, давайте уже, наконец, перейдем к самому важному. Во-первых, все кто здесь собрался вряд ли желают войны с Хранителями, а те обереги… — на миг женщина замолчала и искоса посмотрела на хмурых Ареса и Танатоса, — … выражают своё раскаяние за случившееся.

— Ты таким образом извиняешься за своих собратьев, Темида? — хмыкнул с холодком Лазарев. — Можешь не утруждаться. Лично к тебе у меня нет никакой неприязни, ведь ты разумна и дальновидна. Хочешь верь, хочешь нет, но я поступаю с окружающими так, как они со мной. Иного от меня можете не ждать.