— Аптекарь?
— Он самый, ваше благородие, не сомневайтесь. У сибиряков одолжили. Они своих раненых с обозом отправили, а этот остался не у дел. Вот и сговорились…
Студент покорно кивнул, жалобно зыркнув на суровых станичников. Стало понятно, что разговор был коротким, но содержательным.
— О чем сговорились? — усмехнулся Распутин, — я что-то не вижу удовлетворения на челе юноши от заключенной сделки.
— Да не с ним, — покосившись на студента, нахмурились казаки. — У них старшим — полковой лекарь, он распорядился… На взаимообразной основе…
— На какой ещё основе? — Григорий начал звереть от постоянной недосказанности. — О чём договорились? С кем? Как зовут полкового лекаря?
— А его не зовут, он обычно сам приходит, — раздался молодой, весёлый голос. В проёме двери появилась голова с аккуратными усиками и чуть прищуренными голубыми глазами, прямым носом и слегка оттопыренной нижней губой. — Уж очень заинтриговали меня ваши казачки рассказом про отряд особой важности и чудного доктора, лечащего раненых мёдом. Вот, принёс туесок и требую своего присутствия при священнодействии. Разрешите представиться — старший полковой врач 11-го сибирского полка Михаил Булгаков.
* * *
(*) Автор воспроизводит содержание немецкой аптечки по архивному документу — опись аптеки русского миноносца 1916 года. (Смотри дополнительные материалы к книге).
(**) Патологическое скопление воздуха в плевральной полости, приводящее к нарушению вентиляционной функции легких и газообмена при дыхании. Приводит к коллапсу лёгкого. В результате человек погибает от удушья.
(***) Булак-Балахович был застрелен гитлеровским патрулём в оккупированной Варшаве 10.05.1940 за сопротивление при требовании патруля предъявить документы.
(****) Текст — не выдумка, а реальный алгоритм введения в эриксоновский гипноз, автор — Гордеев М. Н.
Глава 16 Человек огня
-Ёшки-матрёшки, — вымолвил обалдевший Распутин, глядя в небесные, ярко горевшие интересом к жизни глаза светлого молодого человека.
Булгаков был худощав, гибок, весь в острых углах, как нескладный подросток, двигался быстро, легко, хоть и не слишком свободно. Скованность движений и напускная весёлость — проявление тщательно скрываемой стеснительности — выглядели трогательно и совсем не портили впечатление первых мгновений знакомства. Увидев под белым халатом Григория воротник кайзеровского мундира, он округлил глаза, но быстро собрался, погасив плещущееся во взгляде удивление и ничем более не проявляя своего любопытства.
— Вы же сейчас должны работать в земской больнице где-то под Смоленском,- плохо контролируя полёт своих мыслей от неожиданной встречи, продолжил Григорий, но тут же прикусил губу, чтобы не зародить лавину вопросов, с риском быть похороненным под ней.