- Вставай, шкет, знакомиться будем!
Я потянулся было навстречу, но тут мой взгляд наткнулся на нечто столь примечательное, что я моментально позабыл о хозяине берлоги: под разгромленным стеллажом в куче малоинтересного хлама валялась… самая настоящая книга. Не прозрачный планшетный накопитель с низкокачественным дисплеем, как я думал ранее, а реликт далекой эпохи – если не с самой Земли, то как минимум из первого столетия космической эры. Скорее всего второе, потому что подозрительно целые листы – явно не эта, как её… бумага. Вечный пластик с лазерной гравировкой. Вещь цены невероятной, и вот просто так пылится в мастерской ничем не примечательного корабельного механика? Ну, помимо звероподобной внешности?..
- Э-э-э…
- Борис Борисыч, - правильно истолковал мое замешательство Лизкин дядька. – Но можешь звать меня Боб.
- Э-э-э… Боб… Борисыч?
- Ну?!
- Можно посмотреть?..
- Так с этого и надо было начинать! – обрадовался механик. – Вон он, «кольт», валяется…
- Да не, мне бы книжку…
И вот теперь я Борисыча реально удивил. Настолько, что он даже комментировать не стал. Просто аккуратно поднял сокровище, захлопнул, стряхнул пыль и протянул артефакт мне.
А у меня ажно дыхание спёрло от вожделения – ещё бы, книга не в виде файла, а во плоти! Таких даже у папеньки в кабинете не было. И не факт, что вообще хоть одна на «Савве Морозове» нашлась бы, даже в спецхране.
- Да не трясись ты так, не развалится! – приободрил меня Борисыч.
И оказался прав – пластик отлично сохранился, несмотря на возраст. А тот оказался весьма почтенным, если верить библиографическим данным. Две тысячи двести пятьдесят девятый год издания! Аж дух захватывает! Не тысячелетие, конечно, но достаточно близко к тому… а написана ещё раньше. Гораздо раньше, в конце двадцатого века.
- Николай Петрович Чикер, - вслух прочел я. - «Служба особого назначения»… это про что?
- Про ЭПРОН.
- Э-э-э?..
- «Экспедиция подводных работ особого назначения», - расшифровал Боб Борисыч. – Интересная книжка. Мне по наследству досталась, можно сказать, семейная реликвия – в ней есть самое древнее упоминание нашего рода, Мягковых. По преданию, она однажды помогла выиграть важную судебную тяжбу с каким-то зарвавшимся аристократишкой. Тоже давно, лет триста тому. С тех пор и кочует… с наследниками.
- Борис Борисыч?..
- Чего?
- Дадите почитать?
- Да бери… не пролюби только!
Впоследствии, вспоминая события, имевшие место на «Спруте», я неизбежно приходил к выводу, что именно в этот момент и зародилась наша дружба с Борисом Мягковым – звероватым на вид, но мировым мужиком, перевернувшим мою жизнь с ног на голову… но об этом потом.